— А не это ли тот самый наемник, что тебя спас из плена? — бывший ухажер, задумчиво скользил взглядом по наемнику, словно пытаясь за что-то зацепиться: деталь одежды, движение тела. В конце концов ему словно надоело изучать оппонента и он произнес — Не приходило ли тебе в голову, Алисия, что этот герой мог быть с ними заодно?
— Ты не знаешь о чем говоришь! — вскинулась дочь Тарика — Ее лицо стала заливать краска гнева.
— Пойдем от сюда, любимая — чуть приобнял Силк девушку.
Увидев, что их собираются проигнорировать, Земан с товарищем подошли к паре вплотную. Один из парней что стоял за Силком, остался на месте, а вот второй взял свою девушку под руку и быстрым шагом удалился подальше от места намечающейся разборки.
— Обсудим это потом — без свидетелей — спокойно произнес Силк глядя в глаза молодого наглеца.
— Не получиться — со скукой ответил Земан, демонстративно отведя взгляд.
— Тебе делать нечего! — взорвалась Алисия, раздираемая сейчас гневом и страхом за любимого.
Силк посмотрел на свою девушку и в глубине его глаз она увидела отблеск костра, что горел две делимы назад в лагере работорговцев. Тут голову Алисии впервые посетила мысль, что беспокоиться нужно не за то, что ее мужчину сейчас могут избить до полусмерти, а за то — что его могут посадить за убийство двоих идиотов.
— Мы уходим — тихо произнес Силк.
Связку из первых двух ударов он отбил инстинктивно. Контратака — и противник на земле, но ненадолго: легко перекатившись Земан вновь стоит на ногах. Кулак его приятеля в это время чуть скользит по корпусу наемника. Силк позволяет этому удару сбоку, со спины причинить небольшой вред мышцам и коже, резко сгибая правую руку и не оглядываясь, бьет локтем назад по руке по проскользнувшей за спиной. Сзади слышиться крик боли. Земан уже перед ним: снова связка — теперь другая: топорная работа, но стиль Тайной стражи ни с чем не спутаешь. Надо делать выбор: попытка контрактовать и третья связка от противника — ее может отбить Силк, которого обучал Рондел, но не может отбить Силк, который является хоть и хорошим, но все-таки обычным наемником, не знакомым с приемами боя спецслужб. Выбор сделан: стандартная попытка защититься, неотвратимо ведущая к проигрышу, еще доля секунды ожидания неминуемой боли, и в грудь врезается кузнечный молот. Силк на земле: кровь из легких смешивается с налетом грязи на серых булыжниках мостовой, мир расплывается, вдалеке кто-то кричит — голос женский с чуть знакомыми интонациями. «Неужели Алисия? Никогда бы не подумал, что она может так кричать: негромко, но так незнакомо. Наверное так кричат все женщины когда кто-то пытается убить их любимых. Что за ерунда? О чем я думаю?» Мысли Силка становяться ленивыми и спокойными. Куда им торопиться? — их хозяин сделал свой выбор, а пока… назад в прошлое…
… там горит костер, рядом сидит Ход и спрашивает:
— Оно того стоило?
— Они замучили Хоша — отвечает Силк — Я не смог сдержаться — потом опускает голову и спрашивает — Ты думаешь, они не убили бы его?
— Я думаю, все могло бы сложиться по другому, но кто умер бы или выжил — мне не ведомо. Я лишь знаю, что ты спровоцировал их на агресиию.
Маг опускает глаза и смотрит на обугленное полено, покрытое бегающими по его угольной поверхности всполохами ораньжевого пламени. Потом продолжает:
— Я, знаешь ли, не силен в военном ремесле, но по-моему главная задача воина — выжить. Только живой воин может убить своего врага, отомстить за своего товарища и близких. Мертвые ничего не решают, они не способны изменить мир. Если враг сильнее — нет никакого смысла умирать, пытаясь сохранить честь и даже свои принципы. Будь злобным, хитрым, притворись трусливым и сломленным, если надо — стань трусливым и, пытаясь выжить, ешь хоть дерьмо — если потребуется. Ведь только так ты сможешь потом накормить дерьмом своего врага и никак иначе. А действительно сильных противников — оставь мне: я — ваше силовое прикрытие, я раскатаю в блин хоть маленькую армию, хоть группу архимагов-убийц, а ваша задача — сохранить свои головы: ведь в них уникальные знания, ради которых все и затевалось за последние полцикла. Не выделяйтесь, не привлекайте к себе внимания, чем слабее вас считают — тем легче справиться потом с врагом…
… прошлое ушло, оставив место звуку топота множества ног по мостовой. Это последнее, что слышит Силк, потом он начинает падать в темноту и этот полет длится бесконечно.
— Ну как он? — спрашивает Руз, благодарно кивая Марле, принесшей в рельефной деревянной плошке густое, прозрачное как студень, ягодное желе рубиновых оттенков.
— Скоро поправиться — спокойным и уверенным голосом отвечает хозяйка и удаляется из кухни, оставляя мужчин наедине.
— Будут теперь весь вечер сплетничать — ворчит Тарик, пытаясь за показным недовольством скрыть благодушное настроение, снизошедшее на него в этот вечер.
— Бабы, что с них взять — чуть хохотнул Руз.
Убедившись, что их более никто не услышит, хозяин обратился к гостю:
— Еще раз спасибо, что подстраховал. Не окажись твои люди рядом — его бы добили.
