Чай был для мамы не продуктом питания, а образом жизни. Она смешивала сушеные травы, запасаемые с лета, и делала это, как, впрочем, и все в жизни, хаотично и импульсивно. Результат получался каждый раз непредсказуемый, но неизменно прекрасный. Мама вообще отличалась умением бездумно, легкомысленно создавать шедевры.
Гоша пил с мамой чай, приговаривал шоколадку и рассказывал ей современный анекдот. Маме он казался несмешным. Тогда он начинал объяснять ей, что такое постирония как новый тренд в юморе. Маме это казалось неубедительным. В ответ она рассказывала анекдот про Штирлица как пример добротной классики, что совершенно не заходило Гоше. Так они и смеялись по очереди, каждый над своим анекдотом.
Со стороны так выглядит конфликт поколений. Со стороны вообще всякая чушь может привидеться. Внутри их мирка все было тепло и душевно. Они расходились по своим комнатам, чтобы с новыми силами заняться собственными делами. Гоша продолжал точить древо знаний, а мама набирала в интернете загадочное слово «постирония».
Наконец Гоша понял, что готов к экзаменам. Осталось разобраться с техническим вопросом: как и где, не покидая Россию, можно сдать американские школьные тесты. Влад говорил, что это возможно. Оказалось, что Влад, как всегда, прав и все довольно просто: нужно зарегистрироваться на специальном сайте и выбрать подходящую дату. Не надо никуда ездить, это можно сделать прямо в Москве. Правда, каждый такой тест стоил приличных денег.
Гоша решил сэкономить, сдавая в один день сразу два предмета. Дело в том, что оплата состояла из двух частей: нужно было оплатить толстый сборник, куда входили тесты по всем предметам, а потом еще заплатить за проверку собственного решения. И если совместить два экзамена, то за сборник заплатишь только один раз.
В назначенный день Гоша приехал по указанному адресу. Для проведения экзамена американцы арендовали частную школу на окраине Москвы. Добираться туда на общественном транспорте было крайне неудобно, но предложение мамы подвезти его он отверг категорически.
Купив маме машину, Гоша и представить себе не мог, во что он ввязывается. Мама неистово полюбила вождение, но жалела время на изучение правил дорожного движения. Точнее, она осваивала их через систему штрафов и оглушительных сигналов водителей, которым не повезло оказаться рядом с мамой на нерегулируемом перекрестке. Гоша несколько раз подкладывал маме брошюру с правилами дорожного движения, но маме систематически не везло. Каждый раз, когда она открывала брошюру, ей попадалась фраза про гужевой транспорт. Мама утверждала, что ей не нужны знания о том, с какой стороны объезжать лошадь. На этом просвещение заканчивалось.
Гоша решил сэкономить нервы и добраться собственными силами. Метро, автобус, еще один автобус. Пройдя немного вдоль проспекта, он еще издали отыскал нужную ему школу. Все вокруг было запружено дорогими машинами, из которых выходили ребята, готовые сдавать американские экзамены. Гоша изумился их числу. В его кругу не было никого, кто бы думал об американских университетах. И если бы не Влад, ему бы в голову не пришла вся эта затея. Оказывается, в Москве полно людей, для которых американский университет вполне понятная и рабочая идея. Гоша отнес это знание к самым удивительным открытиям в своей жизни.
Из машин доносилось волнительное «ни пуха ни пера». Ребята отвечали «к черту». Отвечали на чистом русском. В эту минуту Гоша понял, что сдаст экзамен лучше многих из них: сегодня ему приснилось, как мама говорит ему что-то на английском и он отвечает ей тем же. Перед экзаменом такие сны – хороший знак.
Найти свою аудиторию оказалось несложно, таблички и указатели быстро привели Гошу куда надо. Заняв место у прохода, Гоша начал ждать начала экзамена.
Удивительным было многое. Например, карандаш, который ему выдали. Гоша, как нормальный российский школьник, привык писать ручкой. Но американцы считают, что человек в процессе обучения должен иметь право на ошибку, он может стирать написанное карандашом хоть сто раз, лишь бы добиться правильного ответа. И нечего ему нервничать от исправлений. Гоша изумился такому подходу. Он вертел карандаш в руках и исподволь наблюдал за ребятами вокруг. Потрясающее открытие состояло в том, что остальные ребята принимали карандаши как должное. Они знали, что здесь не пользуются ручками. Это был круг посвященных. Гоше это сильно не понравилось. Возникло противное чувство, что ему тут не место.
Это чувство окрепло, когда в аудитории появился статный мужчина и начал проводить инструктаж, разъясняя правила экзамена. Он говорил на английском и, видимо, для разрядки обстановки иногда шутил. По крайней мере, многие ребята смеялись. Гоша не понимал почти ничего. Только милые уху цифры прорывали туман чужеземной речи: шестьдесят минут, десять минут… Гоша догадался, что это продолжительность экзамена и перерыва. До понимания шуток Гоша не дозрел. Мужчина что-то говорил, ребята кивали, Гоша паниковал.
