– Ах, да. – Мэт поворачивается к нам. – Когда моя бывшая разболтала журналистам о нашем разрыве, мы с Корин назвали это Происшествием. Я тогда злился на весь мир.
– Это еще мягко сказано, – влезает Корин.
Хочет показать, как хорошо его знает.
– Там есть песни Дженис Джоплин.
– Ну да, – смеется Мэт. – Если мне не изменяет память, микс называется «Злобные песни для расставаний». Как же без Дженис Джоплин?
Если она не заткнется со своими историями о Мэте Финче, я просто задохнусь от злости в этом лифте. К счастью, мы доезжаем до нашего этажа, двери открываются, и мы все вместе идем в гримерку Мэта. Ди садится в кресло, а я опускаюсь на краешек дивана. Корин обводит взглядом комнату, подходит к окну и смотрит на реку.
– Прекрасный вид. Сильно напоминает…
– Комнату в Питтсбурге? – подхватывает Мэт. – Да, я тоже так подумал, как только вошел сюда. И сразу вспомнил того охранника.
– «Где же вы должны быть, детишки?» – Корин понижает голос, явно кого-то пародируя, и заливается смехом, а Мэт продолжает:
– «Хм, на сцене…»
Ди мило улыбается этой непонятной для непосвященных шутке, а я раздраженно закатываю глаза. Мэт садится возле меня и кладет руку на спинку дивана. Корин следит взглядом за его рукой. На долю секунды у нее от удивления расширяются глаза, но она быстро справляется с собой и садится на диван по другую сторону от Мэта.
Ди продолжает светскую беседу.
– Значит, Корин, уже ездила в тур с Мэтом?
Та кивает в ответ:
– Да, я была на нескольких концертах «Финч Фор», летом после девятого класса.
Я слишком долго молчала, стараясь не показывать своего раздражения, и в конце концов не удержалась:
– Ты тоже музыкант?
– Какой из нее музыкант! – смеется Мэт. – Ей медведь на ухо наступил.
– Заткнись! – Корин хватает с дивана подушку и лупит Мэта по плечу. Уголком подушки она задевает и меня. – Он сильно преувеличивает!
Мэт берет другую подушку и возвращает удар, а Корин начинает хохотать, как ненормальная. Такое впечатление, что я попала на школьный девичник.
– Когда тебе нужно идти готовиться к встрече с поклонниками? – обращаюсь я к Ди.
Она понимает намек.
– Я уже должна быть там. С вами весело, но работа есть работа.
Мы обе встаем. Я не могу остаться и играть в перетягивание каната с Корин. К тому же, если Ди уйдет, кто будет следить за моим поведением? Мэт обнимает меня за талию, и я замечаю краем глаза, что улыбка Корин гаснет.
– Тебе ведь не нужно ни к чему готовиться, останься, – просит он меня.
Пусть я провалюсь на месте, если позволю себе остаться здесь третьей лишней, и будь я проклята, если покажу Корин, что чувствую угрозу с ее стороны.
– Нет, вам нужно пообщаться, ведь вы давно не виделись.
Мэту явно приятно, что я беспокоюсь о чувствах Корин.
– Осторожно, Риган, а то Корин поймет, что под твоей жесткой карамельной оболочкой скрывается добрейшая душа.
– Ха-ха, – сухо отвечаю я, а Ди весело смеется.
Переведя взгляд на Корин, я вижу на ее лице дежурную улыбку и натянуто улыбаюсь в ответ.
– Приятно было познакомиться.
– И мне.
Я выскальзываю из объятий Мэта и с трудом удерживаюсь от искушения поцеловать его, чтобы пометить территорию. К счастью, он сам ловит мою руку.
– Спустишься ко мне до того, как я выйду на сцену, хорошо?
– Ладно.
Мэт подносит мою руку к губам. Краем глаза я вижу, что Корин шокирована, однако быстро приходит в себя. Я с трудом удерживаюсь от победной улыбки.
– Ты смущаешь свою подругу…
– По-моему, смущаешься скорее ты. – Он снова целует мою руку. – Очень мило. Пока.
– Пока.
Не успеваю я закрыть дверь, как Корин и Мэт начинают над чем-то хохотать – не надо мной ли? Ди берет меня под руку, и мы идем по коридору в ее гримерку.
– Что-то она не похожа на девушку с разбитым сердцем, – говорю я.
– Она вроде как флиртовала с ним… – задумчиво протягивает Ди. – Похоже, она находится на первом этапе переживания разрыва.
– Это когда ты хочешь переспать с кем-нибудь, чтобы отомстить своему бывшему?
– Нет. Фаза отчаяния, когда ты притворяешься счастливой, как будто от этого и вправду станешь счастливой.
– Возможно, – вздыхаю я. – Но ты видела, как она меня разглядывала?
Даже Ди, самый добрый человек на свете, вынуждена согласиться.
– Да, она пару раз осмотрела тебя с головы до ног. Впрочем, Мэт ее лучший друг. Она, наверное, чувствует себя обязанной опекать и защищать его.
Это я понимаю. И даже уважаю. Когда дело касается Ди, мои защитные рефлексы можно сравнить разве что с львицей-матерью. Но тут что-то другое, хотя я и не совсем понимаю что.
– Знаешь, я никогда не видела, как ты ревнуешь. Он и правда тебе нравится.
Я перевожу взгляд на подругу.
– Я не ревную. Меня это… раздражает. Знаю я таких. Как только Мэта не будет рядом, она покажет когти.
Ди открывает гримерку, и мы заходим внутрь.
– Просто не понимаю, почему она сразу примчалась к нему. У нее же должны быть какие-то другие друзья, правда?
– Должны, – вздыхает Ди и кладет сумочку на столик, избегая моего взгляда.
Меня несет, с каждым словом я завожусь все больше.
