К чести Менделеева, он практически сразу же принял предложение господина Тамбовцева. Он сразу же понял, что здесь сокрыта какая-та великая тайна. А раскрывать тайны - это огромная радость для ученого.
Хуже города Бишоп еще не видел.
По расписанию, поезд должен был прибыть в Бухарест в 8:00. Бишоп уже знал о том, что нужно переставлять стрелки, и попытался объясниться с проводником, чтобы узнать - на сколько именно. Но проводник, как назло, совсем не говорил по-английски. К счастью, один из его людей, Джон Шерман, урожденный Иоганнес Швеннингер, родился в Германии, и смог-таки объясниться с проводником, хоть и с огромным трудом. Оказалось, что Шерман говорил на швабском диалекте, а проводник на австрийском, которые, хоть и родственны друг другу, но на слух очень мало похожи. Часы, в конце концов, переставили, а проводник обещал сказать, когда они будут в Бухаресте, присовокупив, правда, что это все равно конечная станция.
Но восемь, девять, десять часов, и никакого Бухареста. Наконец, почти в одиннадцать поезд пришел на вокзал какого-то большого города. На вывеске значилось что-то вроде "Бьюкурести". Бишоп расслабился, когда вдруг в купе вошел проводник и спросил что-то у Шермана. Тот перевел: "Бухарест. Конечная. Пора сходить". Кто ж мог знать, что румыны даже название своей столицы не могут правильно написать...
На перроне их уже ждал человек с виду похожий на турка, который, увидев их, подошел и спросил на неплохом английском; "Полковник Бишоп? Здравствуйте, меня зовут Саид Мехмет-Оглу. Добро пожаловать в Бухарест. Эй, куда?!".
Бишоп обернулся и увидел, как какие-то смуглые и совсем молодые люди убегают с двумя чемоданами. Он и его люди привычно потянулись к кобурам, но их на боку не оказалось; им было сказано еще при высадке во Франции, что в Европе оружие можно держать только в багаже. Братья Джонсоны побежали за ворами, но куда там... Те даже с чемоданами бежали быстрее американцев, потом юркнули в какой-то проход, как крысы в нору, и потерялись из виду.
Один из чемоданов, в котором была запасная одежда, было не так жалко, а вот в другом были винтовки братьев, как раз те самые, с которыми они прошли всю Гражданскую войну. В части, которой командовал полковник Бишоп, эти двое были шарпшутерами - снайперами. И это были те самые винтовки, из которых они потом отстреляли столько индейцев.
Саид отвез их в отель "Атене-Палас" и отъехал, обещав найти замену винтовкам.
Гостиница была действительно неплохой, но вот обед... Какая-то желтая каша, непонятное мясо, и никому не нужные овощи. Виски не было, зато вино понравилось всем, кроме Шермана: было очень сладким. После обеда все ретировались в номер Бишопа, который на прощание спросил у метрдотеля, нет ли у него газет на английском. Таковых не было, но вот немецкоязычная "Bucharester Zeitung" нашлась.
В номере Шерман начал ее читать, сначала молча, но потом вдруг посмотрел на Бишопа и сказал, - Полковник, вот здесь интересная информация. Видите?
- Вижу, и ребята, думаю, видят, - ответил полковник, - И что же там написано?
Шерман постучал пальцем по газете, - Русские взяли Софию, и третьего августа туда торжественно въедет новоиспеченный Великий Принц Болгарский с невестой. А присутствовать будут и русский император, и ихний кронпринц, и еще куча их самых важных лиц. А еще пишут что война закончена, а значит, особых строгостей быть не должно.
- Интересно? - задумался полковник, - Ну что ж, значит, нам нужно туда попасть не позже первого. Где же этот проклятый Саид?
Тут послышался стук в дверь, и вошел Саид с каким-то длинным свертком, - Купил две винтовки Снайдер-Энфилд. Неплохие, как меня уверили. Там же и тридцать патронов к ним. Надеюсь, вам хватит. Больше у человека, у которого я их купил, патронов не было.
Бишоп посмотрел на проводника, - Саид, нам нужно уже первого числа быть в Софии.
Собирясь с мыслями, Саид поднял глаза к небу и начал перебирать четки. - До Бекета можно будет доехать на поезде за полдня. Вот оттуда будет сложнее, ведь поезда в Болгарию еще не ходят. Надо будет переправиться через реку в Оряхово, там купить коней и поехать через горы, через Врацу и Мездру. Будем там не раньше вечера первого. Ничего, дом для вас уже приготовлен, и из окон видна улица, по которой будут проезжать русские свиньи.
- Похоже, вы их не любите? - хмыкнул Шерман.
Саид по восточному экспрессивно всплеснул руками, - А за что мне их любить? Моей семье раньше принадлежали земли, как в Валахии, так и в Болгарии. Из-за русских мы сначала потеряли первые, потом вторые. И если они получат свое, то я плакать не буду. Ладно, не надо об этом. Билеты я сейчас куплю. Завтра в девять утра заеду за вами, первый поезд на Бекет уходит в десять. Если, конечно, уйдет вовремя.
Тут вмешался Алекс Джонсон, - А далеко от дома до той самой улицы?
- Метров двести. По-вашему, около семисот футов.
- А где можно будет пристрелять винтовки? - не отставал снайпер.
