На протяжении всего этого разговора мне очень хотелось заткнуть Ольге уши, чтобы она не слышала всех тех эмоциональных слов, которыми так богат русский язык, и которые вовсе не предназначены для нежных дамских ушек.
Следующая встреча полковника Антоновой и Государя состоялась, как они и договаривались, вечером следующего дня. Правда, с утра наш неутомимый Александр Васильевич Тамбовцев "порадовал" меня сообщением о том, что один из офицеров Главной квартиры связан с австрийским Генштабом. Оказывается, пока мы с мадам полковником и Государем беседовали, головорезы Александра Васильевича провели превентивные мероприятия, должные обеспечить секретность переговоров. И не зря. Они уловили некоего сотрудника австрийского разведбюро, который пытался сунуть нос туда, куда не следовало.
Потомки излишним человеколюбием не страдали, и довольно быстро разговорили беднягу. Он-то и сдал этого офицерика. Я дам указания своим людям заняться предателем. В Ставке мы его трогать не будем. Надо будет переговорить с кем надо, и в самое ближайшее время отправить его с донесением в Петербург. Все курьеры проезжают мимо моего имения Круподеринцы, расположенного неподалеку от Винницы. Вот там его и задержат и побеседуют с глаза на глаз. Ну, а потом... Ведь, к сожалению, случаются разные неприятности в пути -- то лошади понесут, то ветхий мост обрушится... Все в Руце Божьей...
И еще одна новость, которая стала известна уже к вечеру. Канцлер Горчаков неожиданно подал Государю прошение об отставке! - Это произошло после его беседы с капитаном Тамбовцевым! - Ай, да Александр Васильевич! Ай, да хват! Видать, капитансумел найти аргументы, которые неотразимо подействовали на нашего канцлера. Непрост, капитан, ох не прост! Нужно держать с ним ухо востро! Теперь надо прикинуть - кто займет место Горчакова. Надо намекнуть потомкам, чтобы они не забыли меня, старика.
А мадам Антонова подъехала к резиденции Государя на моей коляске, как мы и договаривались, ровно в восемь. Тамбовцева с ней не было, а вот тот самый, звероватого вида слуга-телохранитель, наличествовал. Мы вошли в дом. Государь находился в великолепном расположении духа. По всей видимости, он еще раз перечитал письмо адмирала Ларионова, и продумал все возможные преференции от союза с Югороссией.
Для начала Александр Николаевич решил задобрить свою прекрасную гостью, и с ходу объявил ей о том, что он награждает ее высшим женским орденом Российской империи - Орденом Святой Великомученицы Екатерины 1-й степени. И намекнул, что это неспроста, потому что орден этот носит и второе название - "Освобождения".
Царская милость пришлась по душе Нине Викторовне. Она поблагодарила Государя. Ну, а потом, мы снова занялись нашими насущными делами.
Мадам Антонова предложила с помощью кораблей эскадры перебросить часть наших сил в Закавказье, где силы турок после разгрома под Карсом практически отсутствуют, и начать подготовку к маршу на Ван, и далее - на Дамаск.
- Ваше Величество, нельзя терять время. Как говорил великий полководец Александр Суворов: "На войне деньги дороги, жизнь человеческая еще дороже, время дороже всего". Бесхозные ныне территории Османской империи будут прибирать к рукам разные европейские проходимцы. В случае с Проливами и Константинополем Россия связана опрометчиво подписанными соглашениями и конвенциями. А вот насчет восточных владений Турции у Российской Империи руки не связаны. - Не так ли, Николай Павлович?
Я ответил утвердительно. Действительно, нужна ли нам новая головная боль, в виде появления у границ Империи государств, находящихся под влиянием наших недругов, и, соответственно, недружественных нам.
Государь задумался. - Хорошо, мадам, я дам указание военному министру, генерал-адъютанту Дмитрию Алексеевичу Милютину, продумать план продвижения наших войск в южном и восточном направлении. И насчет переброски части наших сил в порты на Кавказском побережье мы тоже подумаем. Хорошо бы прислать вашего военного представителя в Ставку, дабы продумать чисто практические вопросы предстоящей операции.
Потом Государь попросил помочь его союзнику, Черногорскому князю Николе I Петрович-Негошу. 21 мая турки начали наступление на Черногорию со стороны Северной Албании. Командующий турецкими войсками Сулейман-паша, прорвавшись к осажденному черногорцами Никшичу, и двинулся на соединение с двумя турецкими армиями, наступавшими с юга и востока. Используя свое численное превосходство, турецкая армия вышла в долину реки Зеты и стала угрожать столице Черногории Цетинье. Надо помочь черногорцам.
- Мадам, ваши войска смогут помочь князю Николе? - Это один из самых надежных наших союзников, - спросил Государь.
