— Стоп! Стоп! Стоп! — прервал ее размышления Три Семерки. — Насколько я помню, мастерская была в том здании, — Семен Семеныч указал на предпоследнее здание слева от себя.
— Вон то? — разочарованно переспросила Милославская. — То, на котором вывеска с рекламой «Тайда»? Да там теперь идет бойкая торговля…
— Угу, — кивая, подтвердил Семен Семеныч.
— И что же делать? — протянула Яна. — Я же ее видела! Видела! Видела! — раздраженно повторила она несколько раз.
Гадалка на мгновенье задумалась и вдруг решительно скомандовала растерявшемуся было Руденко:
— Вперед! — вслед за чем сделала несколько уверенных шагов.
Тот как-то несмело последовал за ней, потом приостановился задумчиво и, видимо найдя внутри себя какие-то ободрительные слова или убедительные доводы, торопливо зашагал за подругой, привычно тронув усы.
Через пару секунд Руденко и Милославская вместе с многочисленной массой посетителей базы «влились» в одно из помещений, плохо освещенное и дурно пахнущее. Впереди них простирался далеко вдаль неширокий с высоким потолком коридор. Со всех сторон толкались, и Руденко, сердито хмурясь, недовольно поглядывал на Милославскую. Яна замечала это, но не подавала виду и с уверенным выражением лица продвигалась вперед.
Вдоль стен стояли лотки с продуктами, с которых торговали и оптом, и в розницу. Торговали всем: консервами, соленой рыбой, пряностями, чаем, кофе, куриными окорочками, конфетами, крупами и прочим. Некоторые продавцы смело выкрикивали призывные фразы, пытаясь привлечь к себе побольше покупателей. Гадалка временами поднималась на цыпочки, из-за кучкующейся у прилавков толпы пытаясь разглядеть, что ожидает их впереди.
Как оказалось, все те помещения, которые Яна недавно осматривала с улицы и которые имели каждое свой отдельный вход, были к тому же внутренне связаны между собой и плавно переходили одно в другое.
— Тут все по-новому… — прокомментировал увиденное Семен Семеныч.
Коридор несколько раз завернул, потом перешел в ряд гораздо более просторных отсеков, до самого потолка заставленных разными коробками, среди которых одинокими свечками торчали скучающие продавцы. Тут торговали только оптом и было не так людно, скорее даже пустынно.
Милославская в сопровождении некогда бравого, а теперь откровенно раздраженного Руденко, своим торопливым и взволнованным видом привлекала к себе внимание продавцов, которые, заметив их, начинали перешептываться между собой.
— Женщина, вы куда? — окликнул приятелей грубоватый женский голос, когда они вступили в очередной торговый зал.
Яна обернулась.
— Дальше ничего нет, — с усмешкой пояснила им женщина, выглядывающая из-за высокого железного прилавка.
— Как? — растерянно спросила гадалка.
— Вот так, — улыбаясь, развела та руками. — Это последний зал.
— Хм, — сдвинув брови, произнес Руденко.
На некоторое время установилось молчание.
— А во-он та дверь куда ведет? — спросил он вдруг, указывая куда-то на стену, находящуюся позади заговорившей с ними женщины.
Милославская заметила, что там и впрямь находится какая-то дверь, и любопытно вперилась глазами в продавца.
— Эта-то? — обернувшись, без каких-либо ужимок произнесла та и махнула рукой: — Там нет ничего.
— Как нет? А зачем дверь? — поинтересовалась Яна.
— Там для покупателей ничего нет, — протяжно и снисходительно пояснила собеседница приятелей. — Там гараж, мастерская то есть.
— Гараж?! Автомастерская?! — в один голос воскликнули приятели и на мгновенье замерли.
— Автомастерская, — удивленно, переводя взгляд с Руденко на Милославскую, а с Милославской на Руденко, повторила та.
Семен Семеныч вдруг уверенным твердым шагом направился к прилавку и, подойдя к нему вплотную, грозно произнес, глядя женщине прямо в глаза:
— Позвольте пройти.
Вслед за этими словами он зачем-то — форма и так о многом говорила — достал удостоверение и в развернутом виде протянул продавцу. Та и без того уже стояла с округлившимися глазами, а теперь и вовсе опешила.
— Да пожалуйста, проходите, — забормотала она. — Только куда?
— А во-он к той двери, — приблизившись, сказала Милославская.
— Вы в мастерскую пройти хотите? — тихо спросила продавец.
— Угу, — чувствуя теперь себя хозяйкой положения, деловито ответила гадалка.
— Так вам туда не войти. Ключи от этой двери только у директора базы. Дверь эта — внутренняя, для особых случаев. Все через ворота проходят…
— Какие ворота? — протянула Яна.
— Обыкновенные.
— А где они? — с глупым видом, разведя руками и оглядываясь по сторонам, раздраженно произнес Три Семерки.
— С улицы.
— С какой еще улицы? — устало протянула Милославская.
— Ну с улицы. Не со двора базы, а с улицы. Нужно «Садко» с той стороны обойти, — женщина жестом указала, как и где это надо сделать. — База расширилась, — добавила она, став словоохотливой, — и пришлось мастерскую перенести. Да и сподручнее там машинам-то заезжать. Тут вон скученность всегда какая! Не пройти, не проехать… Извините, а что, разве что-то случилось? — с осторожностью спросила она, через пару секунд молчания перейдя на полушепот.
