- А когда мы уедем?
- Завтра на рассвете, - ответил лорд Итор, - в Вертане становится опасно для одаренных...
Восточный тракт, четыре дня спустя.
Элира исподтишка взглянула на Рена и тихонько вздохнула. С каждым днем она чувствовала себя все более запутавшейся...
А ведь сначала все казалось таким простым и ясным! Что она знала о Рене? Мужчина, в силу своего положения в обществе и воспитания воспринимающий женщин исключительно как объект получения удовольствия либо как охотниц за его титулом и состоянием. Именно поэтому она и предложила ему вариант с незавершенным браком, и все было бы нормально, придерживайся они оба той договоренности...
Анализируя несколько последних дней, девушка пыталась понять, когда же все пошло по-другому? Когда отношения союзников, товарищей по оружию превратились в нечто большее? Наверное, с той ночевки на постоялом дворе в Терване...
Той ночью в Терване они оба были слишком уставшими, чтобы чувствовать подлинное смущение. Зато на вторую ночь ей с трудом удалось уснуть... Остановились они в стоящем у тракта большом селе, и постоялый двор там был хоть и немалым, но куда проще "Серебряной кружки". В частности, кровать в их комнате оказалась настолько узкой, что им с трудом удалось разместиться на ней, не прижимаясь спинами друг к другу! Конечно, проще было бы отправить Рена спать на пол, но ей это казалось каким-то неправильным и омерзительно лицемерным. В результате она едва ли не полночи пыталась заснуть, слушая его мерное дыхание, ощущая совсем близко его тепло и борясь с совершенно непристойным желанием повернуться и хорошенько его рассмотреть - именно во сне, что стирает все маски...
А он вдобавок словно нарочно подталкивал её своими шуточками! Порой Эли жалела, что ей не хватает смелости в ответ на его подначки развернуться и начать пристально его разглядывать, пока он переодевается - тем более, что её и саму тянуло это сделать, уж больно у него фигура была... как говорила няня - "ладная"...
Неожиданно предложенная Реном дружба потрясла Эли до глубины души, настолько она противоречила всему, что она знала о нем. И это мужчина, относящийся к женщинам с легким презрением, не уважающий их? Невольно девушка задумывалась о том, с какими женщинами сталкивала его судьба доселе, и какую боль они успели ему причинить.
Элира снова украдкой взглянула на Рена. В последнее время она все чаще ловила себя на мысли, что ей приятно смотреть на него, разговаривать и спорить с ним, учиться у него. А его знаки внимания, оказываемые так естественно, словно иначе и быть не может, рождали где-то глубоко в груди приятное тепло и заставляли гадать, связаны ли они только с их ролями или это проявление его отношения к ней, леди Элире эн Таронн...
Налетевший порыв ветра взлохматил гривы коней и волосы Рена, и девушка в очередной раз задумалась, прилично ли будет спросить, почему он так коротко стрижется? Хотя ему это шло, представить Рена с традиционными для придворных волосами до плеч ей никак не удавалось. Интересно, а волосы у него столь же жесткие, как кажутся с виду?
"Дура я, нашла о чем думать, - скрывая вздох, осудила себя Эли, - он просто проявляет дружеское участие, а у меня уже и мысли не в ту сторону ушли! Не хватало мне начать ему на шею вешаться, как какой-нибудь... Иране, вот позорище-то будет! Тем более, что ему, если судить по досье, нравятся совсем другие девушки..."
Рен покосился на задумчивую жену, исподтишка любуясь изящной фигуркой. За те дни, что прошли с их бегства из Торена, Эли явно окрепла и легче переносила довольно тяжелую дорогу. Впрочем, она и без того его поражала: ни единой жалобы или каприза! И одновременно, как ни странно, это огорчало: значит, она ему по-прежнему не доверяет. Нет, капризов он бы не хотел, но ее стремление не проявлять при нем слабость...
