Неожиданно наши спутника останавливаются, да так резко, что мы с Тимкой на пару едва не врезаемся в ним.
– Дай секунд тридцать, – тихо шипит женский голос, и одна из фигур склоняется над дверью. То есть я хотела сказать: «над запертой дверью».
Тот, что, видимо, седовласый мужчина, осторожно выглядывает невесомой тенью из-за угла. Всё тихо. Девушка что-то тихо бурчит-шепчет, слышится негромкий перезвон металла.
Те тридцать секунд, что она занята, кажутся мне вечность. Да и, вероятно, не только мне.
– Держи, держи и слушай меня, – колдун суёт в мою руку ручку. Да-да, самую обычную ручку. Хотя, и ручка – оружие, острая ведь! – Мы отвлечём их, а вы удирайте, быстро и тихо. Поворот налево, потом сразу направо и прямо до упора. Ручкой взломаешь замок.
– Подождите, как я это… – он пошутил? Как ручкой, обычной шариковой ручкой,
– Твои руки сами всё сделают. Уж мы об этом позаботились, поверь, – в его голосе слышится какое-то неясное веселье. – Думаешь, твои способности и силы с воздуха свалились?
– Всё! – радостно оповещает нас женский голос, и она пинком открывает дверь.
Мы застываем на пороге. Фигуры в капюшонах как-то неясно ругаются и выходят вперёд, задвигая нас себе за спину.
Погодите, тот, который мужчина, сказал, что «мы отвлечём их, а вы удирайте, быстро и тихо…», то есть они нас «бросят»? Прямо в логове неизвестного врага? А если мы заблудимся, перепутаем повороты или кто-то из преследователей успеет нас достать?..
Потом! Всё потом. Сейчас – бежать, думать – потом.
Человек шесть, не больше. Но у всех на правом рукаве какой-то круглый символ. Я не могу различить что-то большее, чем переплетение линий внутри шара – очки остались дома на территории заповедника: вне школы или людной улицы предпочитаю обходиться без них.
Нас явно не ждали, а вот колдуны из Луча Солнце точно знали, кто за этой дверью. Но, надо отдать должное «когтистым»: они быстро ориентируются, и только установленный между нами полупрозрачный щит не позволяет заклятьям достичь цели (белые лучи заклятий – оглушающие, поэтому если попадёт – считай, всё пропало). Что-то ещё будет, раз Луч Солнца так уверенно противостоит втрое раз превосходящему противнику.
Тимка рядом, ровно как и я, – ни жив ни мёртв. В моей голове поразительно пусто. Ни паники, ни страха. Ничего. Эмоции не успевают за событиями, но это и к лучшему.
Сейчас главное – не упустить момент. И не запутаться в ногах (хотя я этим редко страдаю), это важно.
И Тимку за рукав я хватаю не только, чтобы не потерять. И чтобы как-то, неизвестно как, успокоиться. Удивительно тёплая ладонь живого человека действительно помогает, словно я теперь не одна в этом безумном омуте страха.
Колдуны Луча Солнца круто взмахивают полами плащей и отвечают «когтистым» меткими и тонкими заклятьями.
Очень скоро, мне приходится пригнуться, и луч белого света врезается в стену над моей головой, оставив в ней немалую вмятину. Я крепче стискиваю чужую ладонь и тяну мальчишку за собой. Наверное, ему боль от того, как сильно я его держу, но, в тот миг нам обоим не до этого.
Мужчина и девушка как и говорили, отвлекают внимание и не позволяют «когтистым» – всем и сразу – бросится за нами вдогонку.
Поворот налево, потом сразу направо. Я волоку Тимку за собой, хотя понимаю, что увеличить собственную скорость – не в моих силах. Будь я одна – да, получилось бы, но я не одна. Непривычно, что я быстрее кого-то: обычно всё происходит с точностью, да наоборот.
Когда мимо меня пролетает луч зелёного цвета, я понимаю, что всех двоим нашим «спасителям» не удержать. Понятия не имею, сколько ещё дышит нам в след. Один или все шестеро! Сколько?!
Впереди – дверь. За выходом, скорее всего, свобода.
До свободы всего несколько метров! Мы даже не тормозим. Хотя, может Тимка и пытается, но я – нет. Сердце пускается в ещё более бешеный пляс. Почти на свободе! Почти!
Я почти врезаюсь в дверь, пытаясь осознать, какие «инстинкты» должны мне подсказать, как открыть этот замок ручкой. Тот в плаще сказал, что каким-то чудом я пойму, что делать. Но я ничего не понимаю! Очень хочу запаниковать и заплакать, но в кое-то веки рада, что эмоции не поспевают за событиями.
Единственное, что подкидывает мне голова – это начать на кончик ручки, как если бы была необходимость написать что-нибудь.
К моему просто нечеловеческому удивлению, ручка вмиг начинает нагреваться и вспыхивает красным, и от неожиданности я роняю её на пол.
Чужие шаги и нечленораздельные вопли уже близко. Нечего терять время зря: я подхватываю ручку с земли. Только не сразу понимаю, что это «нечто» – моя ручка, которая теперь вдруг пускает красный луч из носика, где должен торчать стержень.
Я лишь крепче сжимаю свободной от Тимки рукой ручку. Точно! Неужели, те самые люди, Луч Солнца, повлияли каким-то образом на то, что на практических занятия я колдую лучше всех остальных? Эта мысль приходит неожиданно и почему-то от неё где-то в глубине, – даже нет, не в глубине, вдалеке, – становится легче.
