М. А. Бакунин писал: «Мы от всего сердца питаем отвращение к монархии, но в то же время мы убеждены, что и большая республика с войсками и бюрократией и политической децентрализацией будет заниматься завоеваниями вне и притеснениями внутри страны и не будет в состоянии обеспечить счастье и свободу своим подданым, хотя бы они и назывались гражданами».
П. А. Кропоткин же считал высшим законом для человека — закон развития от хорошего к лучшему. Для него государство — злодей, узурпатор, убивающий всякую свободную инициативу, налагающий на стремящуюся к свободе личность цепи принуждения и являющееся гробовщиком свободного общества. Ближайшей высшей ступенью общественного развития он считал — анархический коммунизм. В этом обществе будут обобществлены средства производства и продукты потребления, и в нем каждый получит по своим потребностям. Введение нового строя, учил Кропоткин, возможно только путем насильственного переворота, путем социальной революции... Мы знали, кто такие анархисты-коммунисты-«хлебовольцы», были знакомы с их программой, которая выдвигала в качестве основных принципов непримиримую классовую борьбу и насильственную революцию для осуществления социализма. Мы знали лозунги, тезисы, решения и других анархических групп: «Безначальцев», «Чернознаменцев», «Безмотивников», «Анархо-синдикалистов», «Махаевцев».
Наша новоспасовская группа анархистов-коммунистов к 1910 г. состояла из 20–25 «боевиков», в их числе: Т. Я. Вдовиченко[57], В. В. Куриленко[58], В. Т. Проценко[59], Л. Н. Бондарец[60], М. Ф. Фоменко[61], Ф. И. Гончаренко[62], А. Матросенко[63], В. Ф. Белаш (то есть я) и другие товарищи.
Зуйченко вновь продолжал: «Смертная казнь Махно, в результате его несовершеннолетия[64] в момент “преступления”была заменена бессрочной каторгой. Из Екатеринославской тюрьмы он был отправлен в московскую центральную Бутырскую каторжную тюрьму. В одной камере с ним находился, довольно известный среди анархистов Петр Марин[65] (Аршинов), который стал для Нестора учителем и идейным наставником, формируя в нем взгляды и убеждения анархиста.
В тюремной обстановке Махно был неугомонный — постоянно спорил, расспрашивал, буквально бомбардировал тюрьму перепиской. Проявлял крайнюю любознательность и настойчивость к самообразованию, и имел в этом большой успех. Считал, что красивее анархического мира идей ничего нет. Званием анархиста дорожил и гордился.
Стойкий, гордый, не мирившийся с полным бесправием личности бессрочника, закованный по рукам и ногам в кандалы, он всегда спорил с тюремным начальством, открыто выражая к нему презрение. Тюремщики, желая убить в нем гордыню, вечно морили его в карцерах и довели до туберкулеза легких, но нисколько не поколебали его воли. В этой дуэли, безусловно, победили бы власть имущие, но отсидев восемь лет и восемь месяцев, 2 марта 1917 г. он вышел из ворот Бутырки... Выйдя на свободу Махно одел темные очки, так как не мог привыкнуть к яркому свету дня и поспешил в Гуляйполе».
Зуйченко продолжал:
«Приехав домой, он поступил на работу на старое место — завод Кернера. За ним потянулись вернувшиеся Кириченко, Чернявский, я и другие уцелевшие каторжане. Нестора встретили как бывшего политзаключенного, пострадавшего от царизма за народное дело и оказали ему почет и доверие. На это он ответил активной деятельностью, часто выступает на митингах, печатает листовки, организует общественные организации, агитирует за «Вольные советы», «Власть на местах», непризнание власти Керенского, прижимает буржуазию.
К этому времени в Гуляйпольскую группу анархистов-коммунистов входили Савва Махно, Андрей Семенюта, Моисей Калиниченко, братья Григорий и Прокофий Шаровские, Филипп Крат, Лев Шнейдер, Павел Коростылев, Павел Сокрута, Алексей Марченко, Исидор Лютый и другие. За 11 лет организация выросла до 80 человек. В ее работу включился и Нестор Махно. Мы принялись организовывать свой клуб, объединили вокруг него молодежь, пропагандировали свои идеи.
В это время группа занималась подготовкой крестьян к организации Крестьянского Союза, готовила декларацию. К концу марта 1917 г. было положено начало организации Гуляйпольского Крестьянского Союза. В Комитет Союза избрали 28 крестьян. В него вошли и члены нашей группы анархистов-коммунистов. Крестьяне охотно шли к нам в Крестьянский Союз и его председателем избрали Н. Махно.
Посылая своих членов в общественные, государственные и советские организации, группа анархистов-коммунистов Гуляйполя преследовала цель сроднить все трудовое население с нашей группой и ее идеалами, не допустить властнических партий к населению района. Убедить трудовое крестьянство что землю и права на свободу самоуправления они могут получить только благодаря своим усилиям, проводя в жизнь революционно-анархические принципы. И в этом мы имели успех и понимание не только в районе, но и за его пределами.
Организовали при Совете рабочих и крестьянских депутатов комитет батраков и создали движение против помещиков и кулаков.
