– О каких условиях пойдет речь? – усевшись в широкое кресло, первым проявил инициативу в разговоре Керимов. Генерал, удобно расположившийся на небольшом кожаном диванчике, улыбнулся одними уголками губ, постучал пальцами по папке, которую принес с собой, ослабил узел галстука и ответил ученому:
– Илья Евгеньевич, я хочу сразу определиться с приоритетами, и чтобы между нами не было недомолвок. Скажу, мы крайне заинтересованы в продолжении исследований.
– Хм, ваши слова вселяют надежду, но вы говорили об условиях, значит, что‑то подразумевали под своими словами. Одного вашего желания, чтобы продолжать исследования, недостаточно, для этого необходимо иметь подготовленную команду ученых‑единомышленников, оборудование и целый штат специалистов по обслуживанию этого самого оборудования и, что немаловажно, – желание самих ученых работать, значит, вы должны их чем‑то заинтересовать. Если по оборудованию у вас вопросов не возникнет, его вы спокойно вывезете, то работа с людьми требует некоторой раскрепощенности мыслительного процесса, сейчас не тридцать седьмой год.
Генерал бросил колючий взгляд на ученого.
– Насколько было бы проще, если бы сейчас был именно тридцать седьмой год, – сказал он. – Вы представляете, что натворили своим открытием?
– Представляю, – ответил Керимов.
– Ни хр… чего вы не представляете!
В дверь осторожно постучали.
– Войдите, – разрешил Керимов. В кабинет, держа поднос с двумя чашками кофе, кофейником и небольшой корзинкой сахарного печенья, вошла Настя. Помещение заполонил восхитительный аромат. Ноздри генерала затрепетали.
– Не знаю, как остальное, но Анастасию я у вас заберу, и плевать на все государственные тайны.
– Только через мой труп, – улыбнулся Илья Евгеньевич.
– Настенька, у вас есть ма‑а‑а‑аленький ножичек? Можно для резки бумаги, – елейным голосом спросил генерал девушку.
– А вам зачем?
– Как сказать, тут Илья Евгеньевич выдвинул одно интересное предложение…
– Все бы вам шутки шутить. – Настя погрозила генералу пальчиком и выскользнула за дверь, не забыв ее плотно прикрыть за собою.
– Хорошая девушка, – сказал генерал, делая маленький глоточек. – Гх‑м, вернемся к нашим баранам, – оставил шутливый тон Александр Владимирович. – О чем мы говорили?
– О реалиях.
– Верно, именно о реалиях, а они сегодня таковы, что мы можем попасть в неприятную дупу мирового масштаба. Ваше открытие, Илья Евгеньевич, ломает всю систему сложившихся в мире политических противовесов.
– Которое из них? Александр Владимирович, вы сами предложили, чтобы между нами не было недомолвок, так вот я хочу уточнить – какое из открытий? Не считайте меня глупее, чем я выгляжу. Я не системный аналитик, но анализ сделать могу. Ваше ведомство никак не проявляло себя до последнего момента, значит, вас жизненно интересует результат, достигнутый нами в части строительства переходов в границах Земли‑матушки, а межмировыми порталами вы готовы пожертвовать… Осталось только уточнить границы жертвенности. В первом случае я с вами полностью согласен – порталы являют собой бомбу, которая на порядок страшнее любого ядрен‑батона…
Генерал улыбнулся по‑детски наивным словам ученого.
– И тем не менее вы решили не обезвредить портальную мину, а продолжить исследования в данном направлении. Почему? – продолжил вопрошать Керимов.
Улыбка сошла с лица представителя компетентных органов как прошлогодний снег. Генерал аккуратно поставил опустевшую чашечку на приставной столик. Опершись локтями на колени и сплетя пальцы рук в замок, он посмотрел на Керимова.
