Михаил не хотел. Поступай в горло кислород, он бы в этом признался. Но так… Какого дьявола? Они изуродовали Сэл и теперь имеют наглость душить его. Мир начал темнеть…
Холодным пламенем вспыхнула ярость, и димп, не став тянуться за пистолетами, просто ударил — кулак, проломив ребра, углубился в тело врага. Захрипев, Белобрысый повалился на бок.
— Каро!! — К умиравшему бросилась готично раскрашенная девица. В глазах ее плескался испуг.
«Сейчас будут убивать» — Отпихнув труп, Михаил устремился к спасительным парковым посадкам. Запоздалые пули изрешетили тротуар. Михаил нырком преодолел зеленую стену кустарника и со всей возможной скоростью рванул прочь от мотеля. Остаться, значило принять неравный и бессмысленный бой. Но не будь Рента, он бы остался.
Невдалеке промелькнула тройка взорванных патрульных машин. Изломанные трупы в форме… Маленькими группками жались в проулках испуганные граждане. Кто-то успевал громить магазин одежды. А над Садали реяло солнце — улыбалось крикам и стрельбе.
Фасад знакомой конторы щерился оспинами выбоин, двери выбиты. С дурными предчувствиями Михаил проник в комнату, где некогда работал. Оружие держал наготове — мало ли…
В углу, выхваченный из полумрака кругом света от окна, на обломках города Счастья лежал окровавленный Рент. Он улыбался.
Швырнув пистолеты на стол, Михаил подскочил к Белесому, приподнял. Рент застонал.
— Жив чертяка… Пойдем, тебя Сэл ждет.
— Мик, ты… Я улыбался, а она не ушла.
— Кто она? — Михаил напряженно оглянулся.
— Опасность… Я улыбался… — Рент кашлянул. — Мик, я городок сильно помял?
— Пустяки, я починю. — Настройщик хотел сглотнуть комок в горле и не смог.
Рент умер тихо и незаметно, как и жил.
Михаил поправил рядом с ним золотую башенку. Шорох справа бросил его к оставленным пистолетам, потом обратно — к стенному шкафу.
— Нет, не надо! — В темноте, среди вороха чертежей, забилась Ора. — Не стреляйте!
— Какого хрена ты здесь делаешь?! — Михаил загнал боль так далеко, как мог.
— Мик. — Женщина заплакала. — Ты не сказал мне, что бросил работу… Почему ты не сказал?
— И ты пришла?
По улице прокатилось стаккато выстрелов. Взвизгнули покрышки. Взрыв.
— Надо уходить. Я отведу тебя домой.
— Там войска, — прошептала Ора. — Они перекрыли центральные районы.
— Тогда махнем за город. Будем пить вино и лопать мясо.
— Почему ты шутишь?
— Идем…
На улицу они выбрались беспрепятственно. После, без особых раздумий, направились к северной окраине города. Там тихо, а тишина в подобный день — надежда.
— На землю. — Михаил вжался в траву дворового газончика. Мимо, в грохоте и лязге, взламывая мостовую, проехали четыре танка. Над улицей повисли сизые облака выхлопов.
— Я испачкалась. — Ора принялась отряхиваться.
— Выбрала время… Вперед, по пути само отвалится.
Стараясь не привлекать внимания, они двинулась дальше. Остались позади близкие к центру кварталы, объятые огнем и паникой…
— Тихо как. — Михаил оглядел развалины трущоб. — Мне не нравится.
Порыв ветра колыхнул мусор вдоль пустой улицы.
— Наверное, всех выселили. — Ора к чему-то напряженно прислушивалась. На лицо ее наползала тень беспокойства.
— Стой здесь. — Михаил подбежал к одному из домов. Заглянул в пролом, надвое расколовший стену здания… Грязь, обломки и вонь.
— Мик…
— Стой на месте.
— Мик! — Ора была настойчива.
— Погоди…
— Обрати внимание, чтоб тебя! — К столь явному заявлению Михаил прислушался.
Слева доносился нестройный рев голосов, справа — грохот моторов. С местом они угадали десять из десяти — точно в яблочко. Настройщик осмотрелся. Улица пока пуста.
— Прекрасный слух Ора. Руку давай. — Михаил потащил женщину в развалины.
С трудом продравшись сквозь мешанину балок и каменной кладки, они выбрались на крохотный дворик и остановились. Черные скалы разрушенных стен, провалы окон в уцелевших блоках ощутимо давили на нервы. Голоса и лязг с каждой секундой становились громче.
— Мне кажется, я на что-то наступила, — брезгливо поморщилась Ора.
— А я давно в этом стою. Тихо.
Бой нахлынул лавиной образов и звуков. Загрохотали выстрелы. Свист, визг, яростные крики, четкие команды, стоны боли смешались в невообразимый хор.
— Ложись. — Михаил упал
Неподалеку рухнула стена, в клубах пыли, среди падавших обломков заворочался танк. Двое мужчин, перебегавших двор, метнули гранаты. Багрово-черное облако взрыва харкнуло огнем — незадачливые революционеры упали скошенные осколками.
С трудом Михаил понял — Ора кричит.
— Чего?! — проорал он.
Женщина ткнула пальцем ему за спину. Так и есть — солдаты. Стрельба но ним означала смерть.
Группа превов, подбадривая себя криком, покинула развалины и атаковала противника — безудержно, не взирая на боль и страх. Отбери у них оружие — вцепятся зубами. И победят.
— Развернуть периметр! — крикнула невысокая перемазанная копотью женщина.
— А как остальные…
— Плевать, нам надо организоваться! Где Каро… Правее!!
Отчаянный крик на секунду опередил появление муниципальных войск. Черными птицами мелькнули в воздухе гранаты.
— Не разбредаться! Бало, да пристрели ты его и следи за проходом.
— Что происходит?!
— А я почем знаю.
