Как девчонка-невеста, наряжалась… Откуда только вытащила это атласное платье, эти серьги с бриллиантами, персидскую, невероятных денег стоящую шаль, которую он же, Илья, ей и купил, отдав за эту тряпку весь ярмарочный барыш (весь табор тогда над ними со смеху умирал). Волосы Насти были уложены в высокий валик по последней московской моде, и лишь у виска дрожала вьющаяся непокорная прядка. На груди, спускаясь с шеи до самого пояса, тускло блестела нить жемчуга. Илья наморщил лоб, вспоминая, откуда у Настьки это ожерелье, которого он никогда не видел.
Вспомнить он не успел, потому что Настя медленно, не сводя взгляда с князя, пошла вниз. Лицо её выплыло из полутьмы, и Илья заметил, как страшно, до синевы на щеках, она бледна.
– Сергей Александрович… - тихим, каким-то детским шёпотом выговорила она, протягивая руку. - Сергей Александрович…
Сбежнев вихрем взлетел по ступенькам, несмотря на хромоту. Они обнялись посреди лестницы, и Илья видел тонкие руки Насти, намертво сцепившиеся на шее князя, и её побелевшее лицо с зажмуренными глазами.
Господи, да что ж это?! Он шагнул вперёд, но чья-то рука осторожно и твёрдо удержала его.
– Уймись, - прозвучал сзади спокойный голос Митро, и Илья, шумно вздохнув, отвернулся. Украдкой окинул взглядом цыган, опасаясь увидеть в устремленных на Настю и князя взглядах насмешку, но все глаза были серьёзны, а кое-кто из цыганок даже уже сморкался.
Сбежнев и Настя, держась за руки, спустились вниз. Настя села на диван, Сбежнев - верхом на стул рядом с ней.
– Настя, это судьба, - серьёзно сказал он. - Я ведь совсем случайно проезжал мимо, по Большой Грузинской, и вдруг как-то разом накатило, вспомнилось… Дай, думаю, заеду по старой памяти к цыганам, авось за давностию событий Митро меня не зарежет. Вхожу - и сразу же вижу этого таборного дьявола, - князь мельком, с улыбкой взглянул на Илью, - который ничуть не изменился. И тут же сердце стукнуло - значит, и ты здесь! А я, признаться, думал, что на этом свете больше не увидимся.
Настя молча улыбнулась сквозь слёзы. Князь бережно вытер одну из капель, замершую на её щеке. Случайно он коснулся шрама, и пальцы его вздрогнули.
– Что это, Настя?
– А ведь вы первый из господ, Сергей Александрович, меня спросили про это, - всхлипнув, сказала Настя. - Остальные постеснялись. Это? Это моя жизнь таборная.
Илья посмотрел на Сбежнева. И не удивился, когда князь поднял на него потемневшие глаза. Илья ответил прямым злым взглядом, чуть усмехнулся.
В горле что-то холодело, как шипучая вода, а сердце колотилось часто-часто, словно стараясь догнать часы на стене. Он ждал - вот-вот князь спросит, как другие, как все, кто был сейчас здесь: "Это ты сделал?" И что отвечать? И отвечать ли вообще? Или подождать, пока Настька заспорит? Господи, и за что ему это? Ох, жаль, что князь, морды не набьёшь…
Сбежнев, однако, ничего не сказал ему. Лишь спросил у Насти странным, сдавленным голосом:
– Ты… всё же жила в таборе?
– И сейчас живу, Сергей Александрович, - грустно улыбнулась она. - И дети мои все в таборе родились.
– Дети? У тебя дети? - князь удивился так искренне, что стоящие вокруг цыгане негромко рассмеялись. - Бог мой, сколько же?
– Да, слава богу, много. - Настя обернулась, и, повинуясь её взгляду, к дивану один за другим подбежали их мальчишки. Последним подошёл Гришка, ведя за руку Дашку. Сбежнев смотрел на эту команду изумлённым взглядом.
– Бог мой… Шестеро? Нет, семеро… Знаешь, старшие очень похожи на тебя.
– Да, все говорят.
– Красивая девочка… Ей ведь лет шестнадцать, верно? - Сбежнев пристально всмотрелся в неподвижное лицо Дашки. - Но что с ней?
– Я слепая, ваша милость, - ровно ответила Дашка.
– А поёт как, Сергей Александрович, слышали бы вы… - торопливо сказала Настя. - Лучше, чем я в молодые годы пела, право.
– Никогда не поверю, - твёрдо сказал князь.
– А вы послушайте - и поверите сразу. Да вот вина не хотите ли? - Настя встала, сама разлила вино.
– Выпьем, Сергей Александрович, - просто предложила она, беря бокал. – За молодость нашу весёлую выпьем. Девчонкой была - думала, навсегда она…
а сейчас оглянулась - и нет ничего.
– Да ты и не изменилась почти…
– Вот и неправда ваша. Но всё равно спасибо. Илья, что же ты-то?..
Пить ему совершенно не хотелось. Но ещё больше не хотелось выглядеть дураком, и Илья подошёл к дивану. Бокалы, соприкоснувшись гранями, дрогнули звоном. Илья выпил залпом, не почувствовав вкуса вина. Настя чуть пригубила и, поставив бокал на стол, с улыбкой смотрела, как пьёт – медленно, до дна - князь Сбежнев.
– Как вы живёте, Сергей Александрович? - спросила она, беря с дивана гитару и легонько касаясь струн. - Тоже ведь, поди, дети взрослые?
– Знаешь, нет. - Князь допил мадеру, отставил бокал. - Я ведь, по чести сказать…
Он не закончил фразы, но Настя догадалась сама и всплеснула руками, уронив на колени гитару:
– Вы что же - не женились?!
