— Хай! Я Ваня, — крикнул из-за барабанов Холодос.
— Привет! Меня зовут Эли… Эльф, — промямлила я и присела на самый краешек.
Баг ударом ладони открыл пиво о подоконник, отдал мне бутылку и снова объявил:
— Ну, хватит х*и пинать! К станку!
Схватил гитару, провел медиатором по струнам и вдруг выдал в микрофон на удивление чистым голосом:
“One baby to another says
I'm lucky to have met you!”
Он пнул примочку, Лось и Холодос одновременно вступили на басу и ударных:
“I don't care what you think
Unless it is about me”[9].
Во время исполнения песни Баг остервенело бил по струнам, хрипел и еле держался на ногах, его штормило и мотало во все стороны, но музыка, вылетающая из-под его медиатора, звучала завораживающе круто и профессионально.
У меня отвисла челюсть, а в животе затрепетали мотыльки.
На глазах исполнялась моя мечта о красивом и безбашенном парне-бунтаре, о единомышленниках, о тусовке в хорошей компании, где всем пофиг на мой внешний вид и странности. Однако в полной мере осознать происходящее не получалось — сердце колотилось как сумасшедшее, ладони потели.
Пока парни доводили до автоматизма несколько отрывков, девчонки, перекрикивая рев гитар, оживленно общались со мной.
Они пояснили, что в “Боксе” планируется вечер, посвященный группе Nirvana, на котором ребята снова будут выступать. Оказывается, группа Бага отжигает там еженедельно, и чаще всего без происшествий, но, вообще-то, бывает всякое. Рассказали о недавней драке и побеге от ментов, припомнили еще несколько стремных эпизодов из жизни, шутили и смеялись. Я внимательно слушала их, глотала пиво и кивала, как собачка, установленная на торпедо папиной машины. Такой приятный, ненапряжный, приятельский разговор тоже случился со мной впервые.
— Эльф, пей, чего сидишь? — Яна дотронулась до моего плеча. — Смотри, ударник — Холодов Ваня — это парень Лады. У него всегда с собой стремянка. Угадай зачем?
— Зачем? — Пиво брало свое, и я яростно тормозила.
— Чтобы залезать на лесенку, когда они с Ладкой целуются. Иначе не дотягивается! — расхохоталась Яна, и Лада ткнула ее локтем в ребра.
— Заткнись, Яныч! Может, оно и так, зато вы с Лосевым друг другу одинаковые говнодавы покупаете!
Я посмотрела на тяжелые ботинки Лося и точно такие же — на ногах Яны и придвинула свои ноги в черных кедах поближе к дивану. Не хватало еще, чтобы меня тоже начали высмеивать за нашу с Багом одинаковую обувь. Снова приложилась к пиву, и чувство сопричастности теплой волной согрело грудь.
