***
31 марта, пятница, 00.05
«Ну да, пятница уже наступила.
Подумать только, каким бурным и странным все же был этот день…
Первый час ночи, а я не могу успокоиться, особенно после того, как пришло осознание сказанных Багом слов, на которое меня не хватило на остановке.
Он меня любит. Он. Любит. Меня. Разве такое возможно?!
Он хочет бросить к моим ногам все, что у него есть, пустить под откос настоящее и будущее, а я испугалась за свою тощую задницу и пропустила мимо ушей первое в жизни признание в любви. И от кого…
Он снова готов взять на себя ответственность за всех. И за это получить по башке. Ошибка природы. Баг».
Остывшая еда упорно не лезет в глотку, продолжение сериала не заходит, строчки книги прыгают и не складываются в абзацы — я не знаю, чем себя занять. Облокотившись на стол, рассматриваю завитки и тени на обоях, корю себя за малодушие, за слабость, за то, что слилась, когда Багу так нужна была моя поддержка. Рука снова тянется к ящичку и нашаривает в его глубине тонкую прохладную пластинку.
Подношу ее к бедру, медленно провожу острым краем по коже, шиплю и матерюсь, но на сей раз легче не становится. Это всего лишь царапина, ею не навести порядок в моей голове и моей жизни.
Я так хочу согласиться на предложение Бага, но все непоправимо, чудовищно сложно…
Глава 29
2 апреля, воскресенье, 23.00
«Дорогой дневник!
После расставания с Багом я до одури боялась заходить на свою страничку — отключила оповещения, спрятала телефон под подушку и нарочно не проверяла обновления. Всю пасмурную, скучную субботу я провалялась в кровати — лопала пельмени, пила газировку и читала сопливый подростковый роман с претензией на драму. Внезапно он показался мне очень похожим и на мою жизнь.
Неужели мама права и в юности все, так или иначе, проходят через страшные метания, депрессию разной степени тяжести, осознание собственного бессилия и смирение по итогу? Неужели дело не в моей индивидуальности и исключительно тонкой душевной организации, а всего лишь в разыгравшихся гормонах? Неужели все настолько примитивно?
Я как могла изгоняла из памяти взгляд Бага — долгий, потемневший и потухший, но он все равно не оставлял меня ни на секунду. И тогда я посильнее сдавливала пальцами порезы так, чтобы проступала кровь.
Вчера вечером наконец вернулись родители. Они шумели, жестикулировали, поочередно стискивали меня в объятиях, ругали нашу дальнюю родню на чем свет стоит и даже зачем-то привезли мне магнитик с видами города.
Наблюдая весь ужин за их телячьими нежностями, я осторожно призналась себе, что мне лучше без мамы и отца. Не так больно, не с кем сверять свой изначально поломанный компас, и терзания из-за собственной непохожести сходят на нет.
