Дорогой дневник полностью

— Блин, совсем забыла, — спохватываюсь я. — Баг… Вот, это одуванчики. Надрала их в поле, когда шла сюда от станции. Мать-и-мачеха уже не цветет, но они похожи, правда?

Какое-то время я старательно плету из одуванчиков венок, задыхаюсь, немею и глохну от подступившей к горлу тишины.

Закончив, я кладу его на ворох искусственных цветов, глажу прогретую солнцем землю, запускаю в нее пальцы, и она обхватывает их — теплая и живая, как твои руки.

Но она ускользает, осыпается сухими ручейками и превращается в пыль.

— Это все не то, Баг. Не то. Возьми меня за руку, крепко. Сделай хоть что-нибудь, без тебя так тяжело…

Тишина сгущается и давит на легкие, во мне взвивается злость:

— Почему ты оставил меня здесь одну, Баг? Ты же обещал никогда этого не делать…

— Ты прав. Я тоже многое тебе обещала.

— Прости меня, ладно? — Снизу вверх я заглядываю в нереальные глаза цвета моря. — Прости меня, если можешь…

Нет ничего хуже несказанных слов. Нет ничего хуже упущенных возможностей. Нет ничего хуже невозможности что-то изменить.

— Я никогда не говорила тебе, что люблю тебя. А я тебя люблю! Я так сильно люблю тебя… Слышишь? — Ты — волшебный свет, и запретов нет… Подпевай!

«…Веди меня дорогой мягких снежных троп,

А цвет седой — такой же белый, только уставший.

Держи меня, хотя я вряд ли уже побегу…»^[23]

Нет ответа. Вокруг шеи удавом обвивается все та же тишина.

Все можно пережить, все можно изменить, все можно исправить… Ты можешь стать для кого-то нужным, можешь найти занятие по сердцу и друзей по душе, можешь идти в прекрасное светлое будущее, неся свою боль за плечами, как самый ценный груз, потому что только на контрасте с ней получится распознать счастье… Перед тобой открыты все двери, возможны любые чудеса, пока ты остаешься в живых.

А иначе от тебя останется только вот это:

настоящая

первозданная

глухая ко всем мольбам

страшная

липкая

беспомощная

пустота.

***

Оставляю Багу на хранение альбом и флейту — осколки давнего прошлого, которые никому из нас больше не пригодятся, стряхиваю землю с коленей и ухожу.

— Я не прощаюсь, Баг. Когда-нибудь мы с тобой обязательно встретимся. Я еще тебя удивлю, вот посмотришь! А пока… Я обещаю тебе жить. Я стану твоим будущим.

***

«Выход на крышу никто так и не удосужился заварить — все предпочли просто забыть о случившемся.

Я — не лучше, я тоже хотела бы потерять память, но это бы стало незаслуженно легким исходом.

И я сижу на этой теплой крыше, среди телеантенн и птиц, и пью терпкое сладкое вино прямо из горлышка.

У каждого из нас на пути хоть раз появлялся человек, который врывался в нашу жизнь вихрем, перетряхивал ее, ломал до основания и, уходя, оставлял после себя только выжженную пустоту. Но спустя время на этой пустоте прорастали всходы чего-то нового, другого, лучшего… Того, что оказывалось твоей настоящей жизнью и судьбой.

Таким человеком был для меня ты, Баг.

Главным человеком в моей жизни.

Кожаный ремешок, подаренный тобой на этом самом месте в день моего восемнадцатилетия, привычно и надежно обвивает запястье, зеленые летние просторы твоими глазами смотрят на меня из недосягаемого далека.

Здесь так спокойно…

Я пишу эти строки и прощаюсь с городом, в котором мы оба совсем недавно жили».

Конец

notes

Примечания

1

Британская рок-группа

2

Роман Габриэля Гарсиа Маркеса

3

«…Забери меня от всех…» — строчка из песни Joy Division «Leave me alone»

4

Иэн Кертис — лидер группы Joy Division

5

Лидер группы Radiohead

6

Драма режиссера Р. Кросби, 2009

7

Хокку японского поэта Мацуо Басе

8