Задумчиво попрощавшись с полусотней тысяч золотых, которые оперативно списались с моего счёта, я вчитался в сообщения.
В принципе, всё логично. С чего ей проникаться к будущему хозяину тёплыми чувствами? Она же не знает, для чего её купили?
Я открыл профиль её характеристик:
Теперь мне всё стало понятно. И интерес Наместника к этой девушке, и странное происшествие с её отцом, которое в свете этих характеристик, случайным мог назвать только клинический оптимист. И я, который, с грацией гиппопотама, снова влез в чью-то тонкую игру, заработав себе приключений на задницу.
— Господин, вам нужно сейчас же уходить из города, — горячо зашептал Халид. — Пока ещё идут торги. Потом будет поздно.
— Судя по всему, я уже не успею, — вздохнул я на его справедливое наблюдение, с обречённостью заметив, как Наместник, бросив на нас взгляд, отдал какие-то распоряжения неприметному мужчине.
Мне кажется, что всё начнётся после. Вокруг начиналось нездоровое движение. Краем глаза, я заметил группу людей в странных одеяниях. И мне кажется, что я знаю, кто это такие.
— Жрецы Двуединого, — подтвердил пацан. — Они иногда тоже покупают рабынь.
— Кто? Святоши? — удивился я.
Ну не вязался у меня образ рабовладельца со священником какого-либо божества, хоть ты тресни!
Халид кивнул.
Странные дела здесь творятся, в этом мутном Эфире.
Торги продлились ещё полчаса, и остальных рабов раскупили довольно быстро. Жрецы не купили ни одного.
— А теперь — жемчужина наших торгов — прекраснейшая чужеземка, которая своей красотой может смело блистать в любом из дворцов славного Эфира.
Её выход был настолько помпезно обставлен, что я поневоле восхитился торжественности момента. Сначала на помост, с которого свели последних рабов, поднялись два воина, подпоясанных поясами с висевшими на них ятаганами.
Это что ещё за группа поддержки?
Воины внушали уважение, своими монументальными формами и суровыми лицами.
А затем вышла она и я забыл, как дышать.
Казалось, что сейчас заиграет медленная тягучая музыка, и блондинка начнёт исполнять танец живота, поскольку кроме короткой прозрачной майки, и таких же укороченных шаровар, на ней ничего не было. Ни белья, ни головного убора. Ни-че-го.
Базарная площадь моментально утонула в диком восторженном рёве, а я забыл зачем пришёл сюда, сразу поняв, зачем на помосте находятся охранники.
— Держись рядом, — бросил я рабыне, которая безучастно стояла рядом, изображая из себя смирную овечку.
Поздно, девочка, я уже видел твои характеристики. Спиной я к тебе точно теперь никогда не повернуть, поскольку, судя по тому, что увидели мои глаза — я купил самую настоящую пустынную гюрзу.
— Что, господин имеет в виду? — язвительно откликнулась Зарима, а я скрежетнул зубами.
— А теперь слушай меня сюда, кобра недоделанная — прошипел я на ухо замершей девушке. — Если по твоей вине, мне не удастся вытащить свою подругу из этого демонова торга, я просто подарю тебя Наместнику. Ты меня поняла?
Посмотрев на девушку, я понял, что попал в цель.
