— Поэтому прекрати из себя дуру корчить и не отходи от меня ни на шаг. Уяснила, говорю? Закрыла рот и выполняй то, что я скажу. Это мой приказ, рабыня! — чуть ли не рыкнул я, сдержавшись.
Вспыхнувший на мгновение ошейник дал понять, что мой приказ магическим ошейником понят, а лицо девушки на миг исказила болезненная судорога.
Оправившись от секундного шока, Зарима злобно сверкнула глазами, но мне было плевать. Главное сейчас не это. Не оглядываясь, я принялся маневрировать среди ставшей вдруг плотной людской толпы. Никто не пропускал напирающих сзади, так как все хотели сами оказаться как можно ближе к помосту.
— Начальная цена — один миллион золотом, — распорядитель не успел окончить фразу, как был перебит голосом одного из Жрецов Двуединого.
— Два миллиона!
Толпа выдохнула.
— Два миллиона, кто больше?
Все молчали, поскольку два миллиона было суммой настолько нереальной, что участников торга можно было посчитать по пальцам одной руки во всём Эфире.
— И наша жемчужина продана за…
— Десять миллионов! — заорал я, и на площади сразу воцарилась оглушительная тишина. — Даю десять миллионов за эту рабыню.
«Рабыня» до этого стоявшая с опущенным лицом, неверяще вскинулась и увидела меня. Глаза озарило такой безумной надеждой, что у меня в груди что-то дрогнуло.
— Да что ты себе позволяешь, чужеземец!? — взвился со своего места Жамал. — Мало того, что тебе спустили оскорбление Наместника, так ты ещё посмел перебить ставку Его Милости, Настоятеля Главного Храма Двуединого, нашего почётного гостя?
— Двадцать миллионов! — бросил я очередную «шоковую» информацию и начал действовать.
— Взять его! Стража! — после этого вся площадь пришла в движение.
Краем глаза я видел, что несколько групп стражников и воинов личного отряда Наместника бросились в сторону помоста.
Оказавшись возле девушки хватаю её за руку, каким-то чудом успев увернуться от свистнувшего в опасной близости от моих глаз меча.
Активирую «Сумеречного двойника» и врубив «Прокол Мглы», снова оказываюсь возле растерянной Заримы.
Мне оставалось только яростно закричать от дикого «облома» и материализовать мечи!
Стражник тридцать второго уровня, оттолкнув мужика в чалме, бросился в нашу сторону.
Активировав «Боевой транс», поднырнул под его лезвие и всадил кинжал в корпус стражника. Мне тут же пришлось уворачиваться ещё от одного удара, которым меня, судя по всему, хотели банально располовинить от плеча до пояса.
Внезапно рядом что-то свистнуло. Мой противник, нелепо взмахнув руками, начал заваливаться назад. Из его глаза торчало оперение стрелы.
Снова свист и следующая стрела, обдав меня ветерком, пронеслась возле уха, впившись в грудь ещё одного противника.
Кто вообще стреляет?
Если вы думали, что воин тотчас свалился замертво и принялся сучить ножками, то я вас разочарую. На ходу обломав древко, он бросился ко мне и попытался достать глубоким выпадом. Если бы я был не под «Боевым трансом», то моей реакции могло попросту не хватить, настолько стремителен был его удар.
Ответным выпадом я все-таки достал этого бородача, сняв при этом процентов тридцать «хитпоинтов». Мгновенно оценив ситуацию, увидел, что слева ко мне продираются пятеро, справа трое и по центру ещё четверо.
Плохо.
Если доберутся, то здесь я и останусь, поскольку от всех, даже при вкачанной «Ловкости», попросту не отмахаться.
— Бежим! — схватив за руки девушек, я протискивался через толпу, стараясь оказаться, как можно дольше от площади.
Ну кто же знал, что «Режим торгов», даёт тот же самый эффект, что и «Режим боя», из которого невозможно выйти, пока в живых не останутся: или ты, или твои противники. Я не знаю, зачем это было сделано. Может для своеобразной защиты от воровства, когда игрок может просто «телепортнуться» с предметом торга, вместо того, чтобы заплатить, может ещё для чего-то, мне было неизвестно. Но то, что это свело на «нет» мои планы — совершенно точно.
— Живыми! Только живыми! — прогремел над торжищем мерзкий голос Наместника.
Толпа категорически не хотела нас пропускать, моментально уплотнившись, став похожей на заросли терновника, норовящего ухватить тебя за одежду любой колючкой.
— Туда, — выкрикнула Зарима, увидев просвет в людской массе.
Сзади загудело. Я инстинктивно пригнул голову, поскольку звук мне был прекрасно знаком. Гул боевого «фаербола» не спутать ни с чем.
Раздался взрыв. Окончательно сорвавшаяся с катушек толпа всколыхнулась и полностью отдалась в «заботливые» руки паники.
О нашей поимке теперь не шло и речи, поскольку торговцы, мастеровые и простой люд, пришедший поглазеть на Торги, шарахались от нас, как чёрт от ладана, пытаясь увеличить дистанцию.
— И почему я не удивлена? — прокричала Лиэль, но осуждения в её голосе я не услышал.
— Кто это такие?
