— Нет, — фыркнула девушка, поспешно отворачиваясь. Спинку ему помыть! Как же! Сам справится, не маленький.
— А если я настойчиво попрошу?
Она знала, что он так скажет…
Знала…
Проклятье! Девушка сжала губы. Стоять обнаженной, пусть и спиной к нему, незавидная перспектива! И опасная.
Интуиция подсказывала — добром их столкновение в ванной не кончится.
Так и оказалось.
— Не надо настойчиво просить. Я уже…
— …к тебе присоединяюсь.
Из-за шума льющейся воды, Кристина не слышала, как он разделся. Лишь взвизгнула, когда оказалась прижатой к обнаженному мужскому телу. Мочалка выпала из рук.
— Сёмен! — она запаниковала. Если бы позже её спросили, чем была продиктована её паника, она бы не нашлась, что ответить. Не девочка, обнаженных мужиков видела. И всё же… Эмоции сложно контролировать. А тут они зашкалили.
— Я в курсе, как меня зовут.
Ей показалось или голос мужчины охрип? С чего бы это? Да, показалось, определенно.
— Дай я выйду и ты…
— Нет.
Сказал, как отрезал.
Кристина притихла. Если его толкнуть — есть ли шанс, что он поскользнувшись, растянется на полу, а она проскользнет мимо него? Ага, и как быстро он тебя догонит и шею свернет? Полминуты максимум. Этот вариант отпадал.
Локтем по ребру? Пресс накаченный, весь поджарый, реакция, по-любому, молниеносная.
А если по тому самому месту…
Кристина, хватит! Успокойся. Дыши. Дыши… дыши…
Уперев одну руку в стенку кабины, Кристина осторожно отошла от мужчины и подставила голову под струи воды. Она сделает вид, что Дореченцева рядом нет. Может, получится?
Не получилось.
— Кристина, тебе от меня не убежать, — он забавлялся. Открыто. — Расслабься и получи удовольствия, девочка.
Это он сейчас о чем?
О чем именно она узнала вскоре, когда одной рукой он с легкостью умудрился развернуть её к себе.
Развернул и Кристина задохнулась. Всё же вблизи он выглядел внушительнее. Она, напротив, казалась малявкой. Не доходила ему до груди. В Дореченцеве всё дышало физической мощью — широкие плечи, крупная грудная клетка, пресловутые кубики на животе. Далее она не смотрела. Не хотела лишний раз провоцировать его. И так понимала, что их тела разделяет расстояние в раскрытую ладонь. Одно неосторожное движение с его или её стороны, и она почувствует его возбужденную плоть. То, что он возбудился — она не сомневалась. Да и терпкий запах перемешался с мускатным.
— Чего ты добиваешься, Дореченцев? — глотая теплые струи, выдохнула девушка. Его энергетика давила.
— А ты не знаешь?
Всё-таки она как-нибудь не сдержится и заедет ему по лицу, чтобы посмотреть, как слетает с него циничная усмешка, которая порядком надоела ей. С последствиями будет разбираться потом. Зато моральное удовольствие получит.
— Знала бы, не спрашивала, — огрызнулась она и всё же сделала попытку проскользнуть мимо него.
Не получилось.
Лишь ухудшила положение.
Дореченцев схватив её за локоть, рванул на себя, расплющивая её грудь о свою.
— Не спеши, — его дыхание обожгло. — Я тебя не отпускал.
Последняя фраза произвела эффект детонатора. Злость новой волной всколыхнулась в Кристине.
— А мне и не надо твоего разрешения! — прорычала девушка. Близость с мужчиной так некстати взволновала её. Она не могла не отреагировать на его обнаженное тело. Упрекая себя в слабости, Кристина сослалась на течку. Всё на неё… А то, что мужчина, стоящий рядом, был красив и чертовски сексуален — не имело никакого значения. Ведь правда?
— Зря ты так считаешь.
Мужская ладонь властно легла на её ягодицы.
Кристина не понимала, что с ней. Эффект от таблеток ещё продолжал действовать. Минимум десять, а то и пятнадцать часов. Сколько она проспала? Часа четыре от силы. Так почему она столь остро реагирует на Дореченцева? Чувствует его терпкий запах? Обращает внимание на то, как ритмично поднимается и опускается его грудь? Шалеет от пламени страсти, что плещется в его потемневших глазах? Про член, упирающийся ей в живот, она и вовсе молчит.
Ответ напрашивался один — у неё очень давно не было мужчины.
И дело не только в её реакции на Дореченцева. Она истосковалась по теплу, по нежности. Такое тоже не стоит упускать из вида.
Какой бы сильной ни была девушка, как бы долго ей ни удавалось избегать отношений, наступает период, когда тщательно возводимая вокруг неё стена, дает трещины, а то и вовсе рушится.
Сейчас же Кристина чувствовала бесконечную усталость от всего произошедшего. Больше всего на свете ей хотелось душевного спокойствия, а не борьбы. Не выноса мозга, к которому её снова подводил Семен. Вот отчего он на неё взъелся? Почему не хочет нормально общаться? Зашёл в душ, теперь и вовсе пленил, грозя расплющить своим нехилым телом.
Изловчившись, Кристина уперлась руками в его грудь.
— Хорошо, ну, удержишь ты меня силой, и что дальше, Дореченцев?
Кто бы сомневался, что он снова предвкушающе улыбнется.
— А дальше мы будем мыться.
— Я уже вымылась.
— О, нет, девочка! Я ещё чувствую на тебе запах другого самца! И мне это чертовски не нравится!
