— Стоп-стоп! Семен, не закипай! Знаю, для тебя любой перевертыш — больная тема! Но у девочки была течка и её реально ломало! Что мне оставалось делать? Смотреть, как она мучается?! Бежать, искать её партнера-перевертыша или удовлетворить пальцем?
Вот так Семен впервые услышал про Кристину.
Он не верил в дежа вю. Зря.
На этот раз он не устоял.
Испытывал ли Семен чувство вины? Нет. Здесь были замешаны другие, куда более непонятные и глубинные чувства.
Он хорошо помнил, чем закончилась тот разговор с Серым.
— И что дальше? — спросил он у друга.
— Что дальше, — вздохнул Сергей. — Честно? Чувствую себя педофилом. Никогда не привлекали малолетки, а это… Для вас половая жизнь начинается довольно рано, среди людей сексуальные отношения с несовершеннолетними — преступление. Да и что я тебе говорю, ты сам всё знаешь.
— От меня чего хочешь?
— Помощи.
Уже интересно.
— Какой именно?
— Всё дело в том, что утром я вышел из номера, пошёл купить нам что-нибудь поесть. Да и кофе с утра не помешало бы. Всё купил. Прихожу, а в номере никого. Подумал, девчонка сбежала, но администратор заверил, что она уехала с двумя молодыми мужчинами.
Семен заметил, как друг поморщился. Да и у самого странный неприятный осадок образовался на душе.
— Родственники? — сделал предположение он, скрещивая руки на груди.
— Хотелось бы думать. Проверишь?
Семен кивнул.
Всё, что касалось перевертышей и их чести, для Семена стояло особняком. Особенно сейчас, когда он всерьез озадачился вопросами стаи и восстановления прежних, как многие говорят, домостройных, порядков. Что говорят — его мало заботило. Важен был результат. А стремился он к тому, чтобы увидеть поселение, в котором родился и вырос сильным и благополучным. Ни одна стая не сможет добиться больших успехов без сильного вожака. Ни одни вожак не сможет стать сильным без жесткой руки.
— Поехали.
— Я попросил горничных ничего не трогать, чтобы сохранились запахи, — уже в дороге сказал Сергей, отводя взгляд от друга. Семен его частично понимал и не осуждал. Ещё непонятно, как себя повел бы он, оказавшись в номере с девочкой, у которой течка.
До гостиницы они добирались несколько часов, и Семен невольно задумался, что делала в подобной глуши одинокая девушка? Возможно, у неё случилась первая течка, и родители не подготовились. Такое тоже бывает. У неё случился шок, и она убежала. На краткое мгновение ему стало жалко неизвестную девушку. Ребенок, оставшийся без присмотра.
Но потом на смену жалости пришла озлобленность. Ребенок не раздвигает ноги.
— Не мог выбрать получше? — Вся ситуация изрядно начинала его напрягать. Чуть позже Семен попытается проанализировать свои ощущения, и не найдет причины для столь резкого поведения. Видимо, тут сработала интуиция.
— Ты о чем?
— О гостинице.
Сергей скривился.
— Первая что попалась. Обычная придорожная гостиница. Чистая, да и ладно.
Но когда они прошли в номер…
Семена повело. Впервые в жизни. Он мог сравнить свои ощущения с ударом под дых, когда темнеет в глазах, когда твой соперник намного сильнее тебя, он наносит один удар за другим, и ты стоишь на ногах из последних сил. Но стоишь. Потому что не можешь проиграть. Не в праве.
Когда он вошел в номер он испытал нечто аналогичное.
Номер пропах сексом. И кровью. Смертельный коктейль.
По позвоночнику Семена медленно начала растекаться огненная лавина, предупреждая его, что он готов перекинуться. Почему? Не от того ли, что запах неизвестной девочки, её желания, её девственной крови подействовал на него оглушающим образом? Скрутил его так, что стало невыносимо трудно дышать? Воздух обжигал внутренности. И Семен искренне не понимал, что с ним происходит.
Он стоял посредине типичного гостиничного номера. Шкаф, мини-холодильник, кресло, пуфик с комодом. Ничего сверхъестественного.
И кровать.
Двуспальная, с застиранным бельем. Покрывало небрежно накинуто сверху. Семену не надо было его отбрасывать прочь, чтобы увидеть на простыне капли крови. А они были.
Мужчина прикрыл глаза и порадовался, что Серый маячил за спиной, а не стоял рядом. Иначе он бы непременно заметил странное поведение старшего товарища и озадачился. Стал задавать вопросы личного характера, на которые Семен не в состоянии был отвечать.
Внутри него бушевала буря. Опасная. Страшная. Одно неверное слово, и она вырвется на свободу, сметая всё на своем пути. Не щадя никого. Во рту появился металлический привкус. Самое хреновое в данной ситуации то, что Семен едва сдерживал себя.
И в чем?
Он желал врезать Серому. Ударить того в лицо. Сломать нос. Пустить кровь. А после вгрызться в глотку и вырвать кадык.
