Она склоняется надо мной и смыкает губы вокруг головки моего члена, беря мои яички в одну руку, вторую положив мне под задницу. Я плотно зажмуриваюсь, и все исчезает – все, кроме ощущения ее прекрасных полных губ, берущих меня в свое кольцо и начинающих скользить вниз по моему члену, и ее пальцев, перекатывающих мои яички. Черт побери, где она научилась этому? Я отгоняю эту мысль. Она вбирает меня так глубоко в рот, что головка члена упирается в заднюю стенку ее горла, и у меня перед глазами вспыхивают звезды. Это слишком сильные ощущения, все происходит слишком быстро. Я планировал довести Скалли до оргазма как минимум раз, прежде чем мы дойдем до этого, а планировщиком меня вряд ли можно назвать.
Я хватаю ее за руку и сжимаю, прежде чем тяну ее на себя. Она неохотно подчиняется, и я довольно долго не отрываюсь от ее губ, наслаждаясь вкусом своей кожи у нее во рту.
Так не бывает. Вы не можете встретить кого-то и любить и знать ее вот так – так хорошо и так долго, что не остается никаких недосказанностей, когда вы наконец становитесь любовниками. Так определенно не бывает, особенно не с Призраком Фоксом Малдером – посмешищем Бюро, чья сестра исчезла в ночи и так и не вернулась, даже когда он вырос, но так и не обрел себя. Скалли, тебе не следовало позволять мне получить что-то столь прекрасное: я сломаю это, потеряю, разрушу и не буду знать, как вернуть все обратно.
Я не осознаю, что плачу, пока она не осушает мои слезы поцелуями, бормоча что-то утешающее. Так всегда происходит между мной и Скалли – горько и сладостно, быстротечно и неторопливо, и настоящее чудо заключается в том, что мы вообще дошли до этой точки.
Она долго прижимает меня к себе, пока не покрывается мурашками, и тогда я накидываю на нас жесткое гостиничное покрывало. Она снова устраивается в моих объятиях, и тепло от наших переплетенных тел начинает согревать нас.
Я никуда не денусь.
Вот, что она говорила мне, и это слаще, чем обещание любви.
***
Не помню, как заснула, но меня разбудило ощущение потрясающих губ Малдера, оставляющих прохладные поцелуи на моем животе под одеялом. Он запускает язык мне в пупок, и я издаю хныкающий звук в ответ на его действия, чувствуя легкое давление на коже, когда он улыбается.
Он перемещается ниже, и, подготовившись к царящей в комнате прохладе, я откидываю одеяло: в этот момент мне отчаянно хочется увидеть его.
Его волосы взъерошены, и я замечаю тень легкой щетины на его лице. Он трется колючим подбородком о мой пах в том месте, где начинаются густые завитки лобковых волос, и умышленно дует на них, обдавая меня своим теплых дыханием.
О боже, Малдер делает мне кунилингус, и его рот – само совершенство.
Так же аккуратно, как если бы он раскрывал семечку ртом, он разделяет складки моей вагины языком и нацеливается на клитор. Меня накрывает теплая волна ощущений – поначалу слабых, но затем стремительно набирающих обороты, и вот уже наслаждение становится столь мощным, что я резко вскрикиваю, издавая самый громкий звук с тех пор, как дверь номера закрылась за нами.
О боже. Это нечто противоположное греху; губы Малдера говорят мне о его любви больше, чем тысячи слов.
Его рука покоится на моем животе, глаза блаженно закрыты, губы и язык работают синхронно. Он чуть передвигается, перемещая ладонь с живота ниже и шире раздвигая мои ноги, чтобы ввести в меня палец. Влажная, я такая влажная.
Да.
Боже.
Меня накрывает не просто оргазм – это, скорее, похоже на ядерный взрыв. Я чувствую, что он остается со мной, крепко удерживая меня, хотя я извиваюсь всем телом, полностью утратив контроль над собой, и только когда наконец успокаиваюсь, вся дрожа, он нежно отпускает меня.
Его член настойчиво упирается мне в бок, когда он приподнимается, чтобы привлечь меня к себе, но больше ничего не предпринимает. Так что в итоге я беру его лицо в ладони и целую, упиваясь своим собственным вкусом на его губах, в его рту.
Он не сопротивляется, когда я переворачиваю его на спину - немного неуклюже, потому как он намного тяжелее меня. Малдер смотрит на меня своими невероятными широко распахнутыми глазами, полными любви, и, положив руки мне на плечи, помогает принять устойчивую позу.
Я неловко соскальзываю, но он встречает меня на пути, и вот мы уже вспыхиваем вместе - внезапно и горячо.
Он плотно зажмуривается, и я опасаюсь, что он снова заплачет, но на его губах сияет улыбка, когда он вновь открывает глаза и произносит мое имя:
- Скалли.
- Малдер.
Прошло много лет с моего последнего раза, так что поначалу мне немного больно, но я хочу этого слишком сильно, чтобы двигаться медленно – хочу его твердый и горячий член внутри. Я наклоняюсь вперед и упираюсь ладонями в матрас, приподнимаясь и опускаясь быстрее, ближе к его лицу. Он привлекает меня к себе для жаркого поцелуя, без всяких усилий удерживая меня ладонями, чтобы мне не пришлось останавливаться.
Да, боже, так хорошо.
Я сказала это вслух?
- Так хорошо, Скалли.
Он это сказал.
- Боже, да, Скалли.
