- М-м, все время забываю. И потом, твой-то работает.
- Так вот почему ты постоянно у меня зависаешь, - поддразниваю я.
Я слышу, как он отрывисто вздыхает.
- Нет. Ты ведь так не думаешь, верно?
В этот поздний час его голос звучит моложе, не так самоуверенно.
- Нет, я просто пошутила. – Я правда хочу прояснить ситуацию с его фильмами для взрослых, но не знаю, как спросить – мне и не следует желать это выяснить, вообще-то. Сказал ли он это, чтобы дать мне понять, что не смотрит… Нет, это я подняла тему с видиком, упомянув кассету с «Паттоном».
В воцарившейся уютной тишине до меня доносятся веселые возгласы из телевизора. В течение минуты-двух я просто слушаю звук дыхания Малдера и скрип пружин его кровати. Он не полагается на кондиционер так, как это делаю я – его, вероятно, настроен так, чтобы он мог спать под одной лишь простыней.
- Скалли?
- М-м?
- Спишь?
- Угу. Мы договорились на восемь?
- Встречаемся внизу.
Мне бы следует закончить на этом разговор, но вместо этого я держу трубку между ухом и плечом, с минуту поигрывая с краем гостиничной простыни и прислушиваясь к его дыханию. В конце концов я все же обрываю звонок и поглубже зарываюсь под одеяла, обретая комфорт в своей искусственной зиме.
***
Распознавание настроений Скалли входит в число моих чувств и похоже на звериное чутье, помогающее животным ощущать изменения в погоде. Прямо сейчас она скучает. Среди всех ее замечательных черт есть и способность, как бы скучно ей ни было, усваивать информацию для последующего анализа. Так что я никогда не беспокоюсь из-за того, что она может что-то упустить.
В данный момент кажется, что она полностью сосредоточена на том, что Луелла Маккарти рассказывает ей о Призраке поля для гольфа (пометка: не использовать это определение в отчете), но, насколько я знаю Скалли, мысленно она далеко отсюда.
Ну и ладно, потому что я тоже.
- …и последний раз я играла во втором раунде. Это кажется каким-то неправильным. Понимаете, о чем я?
Я оглядываюсь. Напольные часы в коридоре, бесцветный ковер. Диван, на котором мы сидим, идеально подходит этому кошмарному загородному дому; обивка в виде странных бежевых цветов на гладкой ткани с вплетенными полосами какого-то блестящего материала. Скалли расположилась довольно уютно, грациозно пристроившись на краю одной скользкой подушки и осторожно держа в руках чашку с кофе. Я уже чуть не пролил содержимое своей на себя, так что теперь стараюсь не двигаться, за исключением того, что осторожно отпиваю из слишком маленькой чашечки.
Скалли кивает, ведя себя, как всегда, невозмутимо профессионально.
- Спасибо, миссис Маккарти. Вы нам очень помогли.
Уже в машине она включает кондиционер и аккуратно складывает пиджак на коленях. Я ослабляю галстук; после короткой прогулки по подъездной дорожке от дома миссис Маккарти у меня по шее начал стекать пот. Виски Скалли также влажные, а волосы прямо у нее над ушами потемнели от пота.
- Как насчет того, чтобы закончить на сегодня?
Она смотрит на меня краешком глаза.
- И пропустить беседу со смотрителем поля для гольфа?
Я пытаюсь сохранить невозмутимое выражение лица. Этот самый смотритель занимается обслуживанием курортного автопарка «населенных призраками» гольфкаров, у которых возникали таинственные проблемы с электроникой и в одном из которых с нашей жертвой, Альбертом Макдугалом, приключился инфаркт с летальным исходом, предположительно спровоцированный призраками. Такова природа преступления, которое нам полагается расследовать. Все это оказалось бы куда более правдоподобным, если бы жертва не была восьмидесятилетним стариком с больным сердцем.
Я прямо-таки горд тем, как устойчиво звучит мой голос, когда отвечаю ей:
- Встреча с мистером Валентином у нас назначена завтра на десять. По этому поводу мне и звонили.
- Жаль. Ты пропустил рассказ миссис Маккарти об «орле» в седьмой лунке на прошлой неделе. Также, похоже, что мистер Макдугал как-то ущипнул ее за зад на ежегодной рождественской вечеринке в клубе.
Она убрала влажную прядь волос за ухо и добавила:
- Да, давай вернемся. Я подумывала поплавать.
Мой номер расположен на третьем этаже, с окнами, выходящими на бассейн. Скалли достался номер с видом на парковку, но он был единственным доступным над третьим этажом, а по статистике, проникновений в гостиничные номера, занимаемые женщинами, гораздо меньше на этажах выше третьего. Это главная причина, по которой я всегда занимаюсь планированием наших поездок. В мотелях я стараюсь заполучить соседние номера, чтобы иметь возможность по крайней мере услышать, если кто-то будет к ней ломиться.
Естественно, я не обсуждаю это со Скалли – ей придется не по нраву, заподозри она, что я ее опекаю. Именно это я и делаю, но это помогает мне спать по ночам, так что и хрен-то с ним.
Бассейны при отелях, как правило, настолько малы, что с тем же успехом можно пытаться устраивать заплывы в своей ванной, однако этот смотрится вполне прилично. Я натягиваю плавки и выглядываю в окно, чтобы проверить, много ли там народу.
