Досье Дрездена полностью

— Разумеется, нет. Моя мать мертва, чародей. — Она чуть нахмурилась. — Ну, не в буквальном смысле слова. Но все, что она знала, перешло в меня. Она превратилась в пустой сосуд. Перманентное вегетативное состояние. — Взгляд ее сделался чуть отрешеннее. — Она свободна от этого. Однако в широком понимании она, несомненно, не жива.

— Мне очень жаль, — пробормотал я.

— Не понимаю почему. Я знаю мою мать. И все, что было до нее, — она приложила палец ко лбу, — все это теперь здесь.

— Ты умеешь пользоваться магией? — спросил я.

— Предпочитаю расчеты.

— Но умеешь все-таки?

— Да.

Ух ты… Если оценивать по реакции моих оберегов, силой она по меньшей мере не уступала любому чародею Белого Совета. А может, и превосходила. Но если так…

— Если тебе столько известно, — сказал я, — и если ты так сильна, зачем тебе нанимать телохранителя, который привез тебя сюда?

— Я не достаю ногами до педалей.

Я испытал сильное желание хлопнуть себя по лбу.

— Ну да, конечно.

Ива кивнула.

— Для организации дуэли мне необходима некоторая информация. Конкретнее: как и где я могу связаться с твоим секундантом, а также какое оружие выбрал ты для дуэли.

— У меня нет пока секунданта.

Ива выгнула бровь.

— Значит, у тебя есть время до заката сегодняшнего дня, чтобы найти его. В противном случае и поединок, и ты сам обречены.

— Обречены? Э… А каким, с позволения сказать, образом?

Мгновение девочка молча смотрела на меня.

— Я сама сделаю это.

Я поперхнулся и зябко поежился. У меня ни на мгновение не возникло сомнения в том, что она говорит правду. Не возникало сомнения в том, что она может сделать это — и что сделает.

— А… Да, конечно. Послушай, я и оружия еще пока не выбрал. Если…

— Просто выбери, чародей. Воля, ловкость, энергия или плоть.

— М-минуточку, — пробормотал я. — Я-то думал, мне предлагается выбрать мечи, или пистолеты, или еще что такое…

Ива покачала головой:

— Перечитай свой экземпляр «Установлений». Я выбрала приемлемые варианты, и я выбрала их согласно давним обычаям. Ты можешь помериться со своим противником волей, определив, кто из вас более устремлен. Ты можешь помериться с ним ловкостью во владении оружием; при этом каждый из вас будет биться оружием по собственному выбору. Вы можете сразиться, направив друг на друга подвластную вам энергию. Или можете встретиться в поединке без оружия. — Она помедлила, словно обдумывая свои слова. — Я бы советовала последнее.

— Спасибо, — буркнул я. — Я выбираю магию. Энергию.

— Ты, конечно, понимаешь, что он отвергнет твой выбор и что тогда тебе придется выбирать другое оружие.

Я вздохнул:

— Ага. Понимаю. Но до тех пор, пока он не сделал этого, мне ведь не надо выбирать другого, так?

— Разумеется, — согласилась Ива.

В дверь постучали, и я встал, чтобы открыть. Кинкейд кивнул мне и повернулся к девочке.

— Десять минут.

— Спасибо, Кинкейд, — улыбнулась Ива. Она поднялась, достала из кармана визитную карточку и протянула ее мне. — Позвони мне сегодня до вечера по этому номеру.

Я взял у нее визитку и кивнул.

— Обязательно.

Именно это мгновение выбрал Мистер для того, чтобы выйти из спальни и лениво потянуться, выгнув спину. Он подошел ко мне и потерся в знак приветствия о мою ногу.

Ива зажмурилась, медленно открыла глаза, и лицо ее вдруг просияло откровенной, неподдельной радостью. Она взвизгнула: «Киса!» — и немедленно опустилась на колени погладить Мистера. Мистеру она явно понравилась. Он замурлыкал громче и принялся тереться пушистым боком уже об ее ножки, а она все гладила его и негромко шептала ему на ухо какие-то нежности.

Блин-тарарам! Прелестная картинка. Нет, все-таки она была ребенком.

Ребенком, которому известно больше, чем любому другому смертному. Ребенком, обладающим устрашающим запасом энергии. Ребенком, который убьет меня, если я не покажусь на дуэли. И все-таки — ребенком.

Я покосился на Кинкейда — тот стоял, хмуро глядя на умиляющуюся над Мистером Иву. Он покачал головой.

— Ну, это уже глупости.

Похоже, Иве очень не хотелось уходить от Мистера, но все же с Кинкейдом она спорить не стала, и они уехали. Я закрыл за ними дверь и постоял немного, привалившись к двери и прислушиваясь с закрытыми глазами, пока не стих шум машины. Я чувствовал себя не таким усталым, как полагалось бы. Возможно, потому, что богатый опыт подсказывал: мне светит еще намотаться по это по самое, прежде чем представится шанс отдохнуть по-настоящему.

Мистер терся о мои ноги до тех пор, пока я не наклонился погладить его, после чего он проследовал к своей миске, начисто перестав обращать на меня внимание. Пока он ел, я достал из ледника банку «колы» и, открыв ее, плеснул немного в блюдце для Мистера. К тому времени, когда я допил остаток, я окончательно решил, что делать дальше.

Позвонить.

Для начала я набрал номер, который мне дал Винсент. Я ожидал услышать автоответчик, но вместо этого в трубке послышался голос Винсента — напряженный, полный нетерпения.

— Да?

— Это Гарри Дрезден, — сказал я. — Я хотел узнать, как у вас дела.