— Похоже, — согласился я. — Но больно техника хорошая. Если бы я ее знал, Старицкий бы от меня не убежал.
— Ловушка, — сказал Берг, протягивая письмо дальше.
— Можно попробовать их обхитрить, — продолжил я. — Лично с ним встречусь и если он хочет техниками поменяться, то сразу сделку и заключим. А если им учитель нужен, то пусть сами его ищут.
— Хочешь сказать, что знаешь технику по… отпиливанию голов?
— Естественно. Я ее немного усовершенствовал, но менять буду исходный вариант. Есть у меня задумка объединить эту технику с боевым стержнем, который мне Император Цао подарил. Будет нечто вроде призрачного клинка. При должной сноровке танк пополам разрезать можно. Наверное. Я еще не пробовал, надо поэкспериментировать.
— Однозначно, ловушка, — подтвердил Конев, возвращая мне письмо.
— Вряд ли кто-то решит напасть на меня в центре Рима.
— Что скажет твой учитель, если уведешь у него из-под носа хорошую технику?
— Скажет, что я молодец, раз не упустил шанс.
— Значит, ты решил поехать, навестить сестру? — уточнил Петр Сергеевич.
— Да, — осторожно кивнул я.
— На самолете или на автобусе, привычным маршрутом?
Не ожидал, что разговор так легко будет повернуть в нужное русло. Думал, что Наумовы от этого отмахнутся, оставив обсуждение на потом.
— Скорее всего, на автобусе. С водителем пока не определился, но хочу Васю Балуева попросить. Я придумал, как его рукопашную технику немного улучшить. Не знаю, отпустят ли его в отпуск.
— Отпустят, — сказал Давид Карлович Берг. — Он уже давно пытается повысить эффективность техники, поэтому, если не отпустить, сбежит.
— Не самое удачное время для отпусков, — Петр Сергеевич посмотрел на меня с сомнением. — Хорошо, езжайте. Чтобы разрядить немного обстановку в столице, а то имя Кузьмы Федоровича слишком часто всплывать стало. С Геннадием Сергеевичем поездку обсуждал?
— Еще нет, но проблем не будет. Скоро летние каникулы и мои студенты разъедутся по домам.
— Тогда решено. Надолго планируешь уехать?
— Пока не знаю, — честно признался я. — Минимум на месяц, но, возможно, задержусь немного. Тася в августе должна родить, поэтому я бы не хотел мотаться с ней по всей Европе в таком положении. Поэтому либо на месяц уеду, либо до самого сентября. Хорошо бы к этому времени в России все наладилось. Но если что-то серьезное произойдет, вы мне сообщите, я все брошу, возьму у маркиза Сальви самолет и сразу прилечу.
Дальше разговор переключился на Бергов, у которых были небольшие проблемы с поставкой ингредиентов для энергетиков. Американская фирма, производившая основной компонент, не справлялась с ростом заказов. Они недавно открыли завод в Индии, и мы могли перестроиться на поставки оттуда. Но Берга интересовал вопрос о постройке небольшого завода непосредственно у нас. Работать по лицензии было не сильно дешевле, чем покупать готовый товар, но это бы позволило не зависеть от поставщиков. Петр Сергеевич план одобрил и просил зайти к нему с проектной документацией на будущий завод, чтобы оценить стоимость и целесообразность постройки.
Собрание глав семей продлилось около полутора часов. Обсуждались самые разные вопросы, связанные с жизнью рода Наумовых. Тему войны между Великими князьями избегали или затрагивали вскользь. Все как обычно, Зубовы просили денег, чтобы заручиться поддержкой пары министров в каких-то вопросах, Сургины жаловались на нового конкурента на банковском рынке. Поднялся вопрос о дальних родственниках Сургиных, желавших переехать из глубинки в центр, но его почти сразу зарубили, сказав, что пусть они расширяют наше влияние там, нежели толкаются в тесной столице.
После совещания Петр Сергеевич пригласил Давида Карловича в кабинет для короткой беседы, а нам следовало дождаться большого семейного обеда. Конев перехватил меня в коридоре, показав на окно, выходящее во двор.
— Я хотел рассказать тебе про Максима, — сказал он, глядя в окно. — Но Петр Сергеевич просил подождать несколько дней. Он как знал, что все закончится именно так, как закончилось. Мы в это время ждали обострение ситуации между братьями и серьезных столкновений.
— Забудем, — я махнул рукой. — Сам напортачил, самому и разгребать. Когда-нибудь наши пути с организаторами боев без правил пересекутся. Лучше скажите, почему не стали поднимать вопрос о том, что я помешал Воронцову и его сторонникам? Он, наверное, рвал и метал?
— Приезжал вчера, — улыбнулся Конев. — За несколько дней остыл немного, поэтому сильно не ругался. Говорил, что ты ему мешаешь и требовал отправить куда-нибудь подальше. Ты его так допек, что он обещал договориться с министерскими, чтобы тебя послом в Китай направили.
— Почему в Китай? — не понял я.
— Потому что от других направлений ты откажешься. К тому же у Императора Цао на тебя зуб, что уже хорошо.
— А я переживал, что меня в отпуск не отпустят, — я хмыкнул, покачал головой. — Как думаете, за лето Воронцов со своим братом разберется?
