─ Святое дерьмо, Дженнифер! Я не знаю, что сказать. Я так понимаю он мексиканец?
─ Ну, я спросила его, и он сказал, что вырос здесь. Он родился в Мехико, но он мало
что помнит о том времени. Я спросила его, учился ли он где-нибудь этому. А он только
рассмеялся и покачал головой. Он, должно быть, полностью самоучка.
─ Ты не сделала фотографии, пока он работал? Возможно, под это мы могли бы
получить какой-нибудь грант. Это потенциально может вдохнуть новую жизнь в некоторые
проекты развития, которые мы передвинули на задний план.
─ Я могу сделать это завтра. Это все что мы смогли сделать за сегодня. Он добавил все
эти краски в последние пятнадцать минут. С ума сойти, как он быстро работает.
─ Это если он вернется. ─ Я смогла услышать разочарование в своем собственном
голосе, и теперь я не уверена связанно это с моими личными причинами, или же, потому что я
просто поняла, каким по-настоящему ценным он является. Я постаралась успокоить свое
волнение и напомнить себе, что я здесь, чтобы помочь ему, а не для чего-нибудь еще. Ему не
нужно быть использованным.
─ Он сказал, что вернется. У меня есть чувство, что он человек слова. Послушай, Лана, это только догадка и я не стала спрашивать у него.
─ Да, конечно. Что именно?
─ Думаю, он, возможно… ты слышала о группе называющей себя
(художники с испанского)
─ Звучит смутно знакомо, это банда?
─ Не совсем. Это что-то вроде группы подпольных уличных художников. Их личности
совершенно секретны, как и большинство их проектов. Его скорость и талант зародили во мне
эту мысль. Чтобы стать членом команды, ты должен быть исключительно квалифицирован,
как и быстр в исполнении. Я упомянула об этом мимоходом, но он не показался мне
взволнованным.
─ Как ты узнала об этом? Они разыскиваются за преступную деятельность или
существуют ордера на их арест?
─ Уверенна, что так и есть. Их действия глубоко политического характера, так что,
места их проектов ─ это ключи. Общественный вандализм создает им проблемы. Они не
раскрашивают заброшенные станции метро, эти ребята рисуют на федеральных зданиях,
университетах, больницах – везде, где можно привлечь внимание средств массовой
информации. Они радикалы, но они делают достаточно крутые вещи. Ты должна поискать их, если у тебя появится такой шанс.
─ Хорошо, я проверю это. Спасибо, ─ Дженнифер посмотрела на меня, словно хотела
сказать что-то еще, но она пожала плечами и затем уставилась в пол.
─ Мне нужно бежать, но ты не стесняйся, оставайся и любуйся так долго, как тебе
этого хочется. Просто удостоверься, что дверь закрыта, когда будешь уходить. Я не хочу
связываться с еще одной потерей запасов, с которой мы столкнулись прошлым летом.
В прошлом году мы никогда не запирали отдельные классы, до тех пор, пока мы не
столкнулись с кражей внутри нашей организации, которая лишила нас всех летних запасов
художественных принадлежностей. Это была сложная ситуация, так как большинство наших
младших сотрудников выпускники программы Pathways.
─ Я закрою. Возможно, я сделаю несколько фотографий эскиза. Картина и вправду
потрясающая.
После того как ушла Дженнифер и я сделала несколько фотографий гигантского черепа
на свой iPhone, я села за стол Дженнифер и достала свою записку. Может быть, это отказ об
участии в программе. Возможно, признание в любви и неуместное влечение является
взаимным. Я его социальный работник. Я его социальный работник. Я его социальный
работник.
Я должна помочь ему исцелиться, научиться преуспевать и стать приспособленным
взрослым, полезным членом общества. А не воспользоваться им.
Он написал краткую биографию, по-видимому, отвечая на вопросы, по которым мы
должны были пробежаться этим утром.
Уважаемая Лана.
Меня зовут Мойзес Роблес де ла Круз. Мне восемнадцать лет. В апреле мне исполнится
девятнадцать, и я не знаю, позволите ли вы мне остаться в программе после этого. Я приехал в
США, когда мне было шесть лет, с матерью и маленькой сестрой. В дороге мы потеряли мою
сестренку. Мы приехали, чтобы найти моего отца, но мы так и не нашли его. Моя мама попала
в большие неприятности с финансами и наркотиками, и в конечном итоге занялась
проституцией. Я воспитывался в приемных семьях. Против меня дважды начинали
расследования из-за отсутствия гражданства. Оба раза я сбежал, чтобы остаться в штатах. Я не
закончил старшую школу, но у меня никогда не было проблем с образованием, так что я знаю, что смогу сдать экзамен по программе средней школы и получить аттестат. Когда меня
арестовали за попытку ограбления, я признал вину, потому что был виновен. Я был в отчаянии
и не мог найти работу. Я готов исправить свои ошибки. Я хочу закончить школу и получить
гражданство. Обещаю не тратить ваше время.
Лана, спасибо вам за эту возможность и увидимся завтра. Я принесу картину для
вашего кабинета в пятницу (до того как вы начнете пить).
Мози.
Он назвал меня Ланой. Не Док. Не Финч. Он обратился ко мне по имени. Я хотела
