История Бенедикта Бископа рассказана Бедой от начала до конца, и хотя схема «трех возрастов» выдержана в повествовании, она предстает в жанре проповеди неравномерно. Беда сосредоточивает внимание свое и слушателей на активном периоде жизни героя, что вполне естественно: проповедь, как преемница античной речи, побуждает к действию. Проповедь-экземплюм гораздо легче становится призывом к действию уже потому, что проповедник не только воздействует на эмоции слушателей, но дает им пример для подражания, подчеркивает в жизни человека, о котором он рассказывает, факты, наиболее соответствующие разъясняемой идее.
Говоря о повествовании как части проповеди, нужно учесть различие между гомилией и экземплюмом. Что касается гомилии, структура ее повествования не отличается разнообразием. Минимальный законченный отрезок текста, входящий в состав повествования, включает в себя стих Св. Писания и комментарий. Комментируемый стих становится темой, а комментарий содержит в себе доказательство и вывод. Иногда комментируемому тексту предшествует его пересказ с тем, чтобы аудитория лучше поняла смысл евангельской цитаты и ее последующего разбора. При такой жестко заданной структуре проповеднику приходится прилагать усилия для того, чтобы удержать внимание слушателей.
Беда справляется с этой задачей, применяя самые разнообразные риторические средства как на уровне предложения, так и на уровне текста. Так, например, при помощи антитезы глубокие богословские идеи приобретают форму афоризма и легко запоминаются. Восприятию длинных и сложных по содержанию периодов помогают синтаксический параллелизм, гомеотелевтон, градация. На уровне текста Беда прибегает к риторическим вопросам и восклицаниям. Повествовательная часть гомилии построена так, что эмоционально насыщенные отрывки текста сменяются информативными, обращенными к уму слушателя. В повествовании риторические фигуры применяются гораздо более часто, чем тропы. Наиболее распространенным тропом у Беды является контекстная метафора, при помощи которой проповедник говорит о вещах, которые невозможно познать человеческим умом.
Экземплюм, в отличие от гомилии, является не записью размышлений над священными текстами, а иллюстрацией какой-нибудь богословской идеи при помощи примера. Источником примера может быть эпизод из жития какого-либо святого, рассказ из патерика, собственный опыт проповедника. Экземплюм предоставляет проповеднику гораздо большую свободу, чем гомилия, но с одним условием: как бы ни был красочен пример, в нем должна полностью раскрываться мысль, которую он подтверждает. Повествовательная часть экземплюма отличается использованием тех же риторических фигур, что и соответствующая часть гомилии, однако в экземплюме они не расцвечивают ход мысли проповедника, а помогают, например, сжато рассказать о жизни человека.
Беда равно свободно пользуется средствами риторики в обоих типах проповеди, в одном случае помогая слушателям следить за ходом своей мысли и таким образом становится участником своих рассуждений, в другом, создавая яркие запоминающиеся сцены из жизни святых. Именно в повествовательной части проповедей риторическое мастерство Беды раскрывается в наибольшей степени.
«Риторика к Гереннию» позволяет составить представление о схеме заключения античной речи. Согласно этому трактату, заключение «трехчастно»[456]. Оно состоит из «перечисления, усиления и возбуждения сострадания»[457]. Под «перечислением» понимается напоминание читателю в общих чертах того, что тот уже слышал. Усилением называется употребление какого-либо «общего места» «ради возбуждения слушателей»[458]. «Возбуждение сострадания» достигается рассказом о счастливых или несчастливых событиях[459]. Заключение, согласно «Риторике к Гереннию», может располагаться не только в конце речи, но и после каких-либо значимых ее частей, например, после «доказательства»[460].
