Писатель ответил Градовскому в «Дневнике писателя» за 1880 г., вынеся имя профессора в название 3-й главы — «Придирка к случаю. Четыре лекции на разные темы по поводу одной лекции, прочитанной мне г-ном А. Градовским. С обращением к г-ну Градовскому». Здесь автор «Пушкинской речи» высмеял «западнические представления» профессора о народе и с убеждённостью повторил свою заветную мысль: «Я утверждаю, что наш народ просветился уже давно, приняв в свою суть Христа и учение его…» И далее: «…если наш народ просвещён уже давно, приняв в свою суть Христа и его учение, то вместе с ним, с Христом, уж конечно, принял и истинное просвещение».
<p>Градовский Григорий Константинович</p>(1842–1915)
Публицист, журналист (псевд. Гамма), ответственный редактор «Гражданина» (1872), впоследствии — сотрудник «Голоса», где вёл воскресный фельетон, автор книги «Итоги. 1862–1907)» (Киев, 1908). Достоевский, скорее всего, познакомился с Градовским в декабре 1872 г., когда принимал от него пост редактора Гр. В 1876 г. Достоевский полемизировал в Градовским, уже сотрудничающим в Г, о народе и, в частности, писал: «…сколько бы мы ни проговорили на эту тему с г-ном Гаммой, мы никогда ни до чего не договоримся. Это спор длиннейший, а для нас важнейший. Есть у народа идеалы или совсем их нет — вот вопрос нашей жизни или смерти. Спор этот ведётся слишком уже давно и остановился на том, что одним эти идеалы выяснились как солнце, другие же совсем их не замечают и окончательно отказались замечать. Кто прав — решим не мы, но решится это, может быть, довольно скоро. В последнее время раздалось несколько голосов в том смысле, что у нас не может быть ничего охранительного, потому что у нас “нечего охранять”. В самом деле, если нет своих идеалов, то стоит ли тут заботиться и что-нибудь охранять? Что ж, если эта мысль приносит такое спокойствие, то и на здоровье…» (ДП, 1876, март, гл. 1)
Именно Градовский стал свидетелем двух важных сцен в биографии Достоевского и зафиксировал их в своей книге «Итоги. 1862–1907): на суде по делу В. И. Засулич (31 мар. 1878 г.) писатель высказал своё мнение, что надо бы подсудимую отпустить с наказом: «Иди, но не поступай так в другой раз» (об этом писатель говорил накануне и в книжном магазине М. О. Вольфа); а 13 марта 1879 г. в Петербурге на обеде профессоров и литераторов в честь И. С. Тургенева автор «Братьев Карамазовых» «позволил» себе при всех спросить автора «Дыма», в чём его идеалы и что он хочет «навязать России», чем вызвал неудовольствие в стане западников. Встречались Достоевский и Градовский и на Пушкинских торжествах в Москве 1880 г. Известно два письма Градовского к Достоевскому.
<p>«Гражданин»</p>(1872–1914)
Политическая и литературная газета-журнал консервативно-монархического направления, издаваемая в Петербурге князем В. П. Мещерским. Поначалу выходила 1–2 раза в неделю, позже (с 1887 г.) ежедневно. На её страницах публиковались произведения Ф. И. Тютчева, А. Н. Майкова, Я. П. Полонского, Н. С. Лескова, А. Ф. Писемского и других видных литераторов. Достоевский после возвращения из-за границы и окончания работы над «Бесами» неожиданно для многих стал редактором Гр (сменив на этом посту Г. К. Градовского). Помимо того, что вокруг редакции этого нового издания объединились, как пишет А. Г. Достоевская в своих «Воспоминаниях», «симпатичные» её мужу люди (К. П. Победоносцев, Н. Н. Страхов, А. У. Порецкий и др.), были и другие причины: «Не меньшую привлекательность составляла для мужа возможность чаще делиться с читателями теми надеждами и сомнениями, которые назревали в его уме. На страницах “Гражданина” могла осуществиться и идея “Дневника писателя”, хотя и не в той внешней форме, которая была придана ему впоследствии. С материальной стороны дело было обставлено сравнительно хорошо: обязанности редактора оплачивались тремя тысячами, кроме платы за статьи “Дневника писателя”, а впоследствии за “политические” статьи. В общей сложности мы получали около пяти тысяч в год. Ежемесячное получение денег в определённом размере имело тоже свою хорошую сторону: оно позволяло Фёдору Михайловичу не отвлекаться от взятого на себя дела заботами о средствах к существованию, которые так угнетающе действовали на его здоровье и настроение…»
