Достоевский. Энциклопедия полностью

Без сомнения, меня, слабого, немощного, вечно обременённого болезнями и обязанностями человека, мог бы подвигнуть патриотизм и вынудить от меня готовность на такие огромные труды и на обязанности уже высшие, чем к детям, к семейству или к собственному делу. Но ведь этот патриотизм может явиться, согласитесь сами, лишь в том случае, если я буду убеждён в том, что Ваш проект есть именно всё, что надо, и что Англия будет им (и только им) побеждена. Но ведь я, пока, не имею убеждения полного об истине Вашего проекта. Кроме того, если б я и познакомился с ним, то, по недостатку технических знаний, ни за что не мог бы решить сам: “Истина ли это или нет?”. А посему, оставаясь в таком неразрешенном положении, я, конечно, не могу вполне верить, а стало быть, не могу для того дела, в которое и сам не уверовал, иметь настолько патриотизма, чтобы взять на себя такие жертвы, труды и заботы. Да ещё под какою ответственностью!..»

(1846 — после 1911)

Писатель (псевд. Н. Пружанский), автор романа «Новый Моисей», сборника повестей и рассказов «Бездна жизни» и др. В «Автобиографии» (1911) признался, что на литературное поприще подвиг его Достоевский — роман «Преступление и наказание» так его потряс, что он сам попробовал написать что-нибудь в этом духе. В газете «Новые люди» (1910, № 2, 1 мар.) Линовский опубликовал воспоминания о своих трёх встречах с Достоевским.

(1790–1880)

Действительный статский советник, чиновник по особым поручениям Министерства внутренних дел. В юности близко был знаком с А. С. Пушкиным, арестовывался по подозрению в причастности к декабристам. В марте 1848 г. Липранди взялся по собственной инициативе и с благословения министра внутренних дел Л. А. Перовского за разоблачение тайного общества М. В. Петрашевского, для чего заслал туда, кроме главного шпиона П. Д. Антонелли, ещё и двух агентов — купца В. М. Шапошникова и мещанина Н. Ф. Наумова. Впоследствии Липранди отошёл от «государственных» дел, занялся литературой и наукой и считал, что участие в разоблачении петрашевцев погубило его чиновничью карьеру.

Достоевский упоминает имя Липранди в ДП 1876 г. в главе «Несколько слов о Жорж Занде».

Создан в 1859 г. по инициативе А. В. Дружинина. Первое собрание Общества состоялось 8 ноября 1859 г. под председательством Е. П. Ковалевского. Протоколы заседаний общества публиковались в газетах. Достоевский после переезда в Петербург из Твери, с начала 1860-х гг. принимал активное участие в делах Литфонда, а 2 февраля 1863 г. его избрали в Комитет общества и на этом же заседании — его секретарём. Сохранилась толстая тетрадь с надписью на обложке: «В книжный магазин Кожанчикова. Книга для записывания взносов членов Общества для пособия нуждающимся литераторам и учёным. — В книге сорок восемь листов. Секретарь Ф. Достоевский». Секретарём Комитета писатель был до 1865 г., когда сложил с себя эти обязанности после того, как некоторые члены Комитета во главе с П. Л. Лавровым обвинили его в нарушении устава Общества: получил за короткое время две ссуды по 1500 рублей (необходимых для расплаты с долгами после закрытия «Эпохи» и поездки за границу на лечение), хотя, как член Комитета, вообще не имел права их получать.

Впоследствии Достоевский с горечью писал об этом А. Н. Майкову (1 /13/ апр. 1871 г.) из Дрездена: «Будь пострадавшим — больной, искалеченный физически и нравственно — вечный труженик, они плюнут, а не помогут. А будь нигилист, сейчас вспоможение дадут. Вы вспомните, из кого там состоит Комитет!..» Достоевский имел здесь в виду, что в комитете Литфонда было засилье западников вроде Лаврова.

(урожд. Пашковская, 1827–1887)

Писательница (псевд. Крапивина), печаталась в «Детском чтении», «Живописном обозрении», «Семье и школе», других периодических изданиях, в том числе и — в «Гражданине» в пору редактирования его Достоевским. В воспоминаниях В. В. Тимофеевой приводится своеобразная «рецензия» писателя на творчество Лободы: «Раз, читая в корректуре какой-то рассказ или повесть (кажется, автор была Крапивина), где <…> подробно изображались все приготовления к чаю, Фёдор Михайлович обратился ко мне и сказал:

— Так это у неё хорошо тут описано, как они собираются чай пить, что мне даже самому захотелось. Просто слюнки текут!..»

Известно 5 писем Лободы к Достоевскому (1873–1879) и одна его записка к Лободе от 10 апреля 1874 г.