Заявляемая в этом письме Достоевским точка зрения о евреях, как племени «врагов человечества», «носителей антихриста», которое выражают собой «всё эгоистическое, всё враждебное человечеству, все дурные страсти человечества», — «жидов», которые «ломятся, <…> идут, <…> заполонили всю Европу» и, «уж конечно, восторжествуют на некоторое время, <…> на гибель миру» — может, с позиции клинической психиатрии, характеризоваться как синдром маниакально-навязчивого состояния. Однако на самом деле она является типичной декларацией из арсенала кондового христианского антисемитизма. Будучи же высказано в интимном обращении, эта сентенция Достоевского не может интерпретироваться иначе, как его глубокое личное убеждение.
Столь же глубинной, судя по всему, являлась его враждебность к появлению евреев на русской литературно-общественной сцене. Изо всех русских писателей «1-го ряда» второй половины XIX в., пожалуй, лишь Достоевский может претендовать на роль первооткрывателя темы «еврейского засилья» в русской литературе. С его легкой руки эта тема стает непременной составляющей публикаций в российской правоконсервативной — в первую очередь, конечно, в суворинской газете «Новое время», где ее очень активно и скандалезно муссировал Владимир Буренин. В письме к некоему Николаю Грищенко Достоевский формулирует главные тезисы темы «еврейского засилья» и вдобавок, самым парадоксальным образом, обвиняет «отсталых либералов» в ретроградстве. В его представлении заступничество за жида «было и ново, и либерально, и потребно <…> в XVIII столетии», когда русские угнетали евреев, а теперь якобы все наоборот — «жид торжествует и гнетет русского». Либералы же не желают сей факт признать, причем исключительно из «ненависти к христианству» (sic!).
