– Можно было бы поднапрячься, – сказал я, а сам уже ломал голову над тем, куда податься в поисках подработки. В надежде закончить универ досрочно я набрал столько учебных часов, сколько позволил мой научрук, в итоге занятия и тренировки занимали все мое время. – Я мог бы устроиться куда-нибудь в ночную смену.
– И засыпать от усталости днем, так что в итоге не останется сил ни на учебу, ни на бег, – фыркнул Коннор и убрал телефон в карман. – Старина, почему бы тебе не замахнуться на крупные соревнования? Олимпийские игры? Ты же быстрый, как молния. Тебя взяли бы без проблем.
– Потому что тренировки перед Олимпийскими играми – недешевое удовольствие, и это фактически работа на полный день. Мне потребовался бы тренер. А результат непредсказуем. Один провал – и моей карьере конец. И тогда я уже ничем не смогу помочь Ма.
– Мои родители всегда готовы тебя поддержать, ты же знаешь, – тихо проговорил Коннор.
Я проглотил горькую слюну. Я и так знал, что его родители всегда готовы мне помочь.
– В общем, Ма хочет, чтобы я приехал в Бостон и познакомился с этим ее новым приятелем, Полом, но я не особо рвусь встречаться с очередной пиявкой, которая так и норовит обобрать Ма. Все ее предыдущие ухажеры вели себя именно так.
– Если ко Дню благодарения они все еще будут вместе, можешь с ним встретиться.
– Пожалуй.
Каждый год на День благодарения Дрейки приглашали моих сестер и мать – вместе с ее сигаретами и чересчур громким голосом – в гости в свой огромный особняк. Каждый год моя мать слишком много пила, вне зависимости от того, сколько раз я просил ее придержать коней. Дрейки вызывали для нее машину – седан, а не обычное такси, – дабы доставить ее домой, а миссис Дрейк еще давала ей с собой еды с праздничного стола, которой Ма хватало на неделю, и приглашала в гости на Рождество, чтобы и через пару недель насладиться обществом моей матери.
Дрейки были хорошими людьми.
– Было бы чудесно, если бы к тому времени у нас с Отем все наладилось, – протянул Коннор. – Знаю, что ты сейчас скажешь, но она мне нравится. Она красивая. И невероятно умная.
– Вы с ней долго болтали во время соревнований? – спросил я.
– Точно, – кивнул Коннор и дернул плечом – верный признак того, что он врет. Значит, они не зашли дальше общих тем.
– Возможно, тебе стоит узнать ее получше, прежде чем ты начнешь посвящать ее в свои грандиозные планы.
– Ничего я не планирую, разве что первое свидание. Я еще никогда не встречался с девчонкой больше двух раз, даже ни разу с ней не поцеловавшись. – Он озорно улыбнулся. – Но я люблю трудные вызовы.
Я возвел глаза к небу и уже хотел сказать ему, что Отем никакой не вызов, а живой человек, но Коннор вскинул руку, призывая меня к молчанию.
– Я пошутил, – заявил он. – Отем такая… не знаю. Особенная. Застенчивая, но умеет стоять на своем, и мне это в ней нравится.
– Ага, и мне тоже, – тихо проговорил я.
– Что?
– Ничего.
Позже вечером Коннор лежал, вытянувшись, на кушетке и что-то читал в телефоне. По радио передавали какую-то спортивную передачу. Я сидел за кухонным столом, постукивал ручкой по пустой странице тетради и безуспешно пытался описать Объект своей страсти – бег. Я не мог излить душу и переложить свои чувства на бумагу. Мне нравилось бегать. Занимаясь бегом, я достигал определенной цели, но хотелось ли мне заниматься этим всю жизнь?
– О, черт! – воскликнул Коннор у меня за спиной.
– Что такое?
– Я случайно отправил ей сообщение!
– Кому? – спросил я, уже наверняка зная ответ.
– Отем. Я развлекался, сочиняя ей воображаемые послания, а в итоге случайно нажал кнопку «отправить».
– И что?
– Я не пишу девушкам эсэмэски и не звоню им, пока не пройдет хотя бы три дня.
Я отложил ручку и повернулся к нему.
– Ты это серьезно?
– Разумеется, серьезно. Если парень пишет девушке сообщение уже на следующий день, это значит, он в отчаянии.
Я прикрыл рот ладонью, чтобы скрыть улыбку.
– И что именно ты написал?
– Просто «да». – У Коннора округлились глаза. – Черт, она что-то пишет в ответ.
Он спрыгнул с кушетки и подошел к столу, за которым я сидел, встал рядом с моим стулом, и мы оба уставились на экран его телефона.
Да?..:)
Коннор напечатал: Привет.
Я усмехнулся.
– Ты серьезно?
– Серьезно. И что?
Пауза. А потом появился новый текст.
Как дела?
– Теперь она взволнована, – проговорил я. – Или в нетерпении.
Коннор посмотрел на меня.
– Что мне ей сказать?
– Почему ты меня спрашиваешь?
– У тебя хорошо получается плести словесные кружева. Сколько сочинений ты написал вместо меня в школе?
– Это не одно и то же.
– Ну, хоть примерно подскажи. – Коннор состроил умоляющую гримасу. – Она же ждет.
Я нахмурился.
– Скажи ей правду.
– Черт, не…
– Скажи ей правду, но слегка приукрась. Напиши, что ты баловался с телефоном, думая о ней. Напиши, что тебе так сильно хотелось с ней поговорить, что твое подсознание сыграло с тобой злую шутку.
– О, это пойдет.
Пальцы Коннора стремительно летали над экраном, потом он отправил сообщение.
Последовала пауза, ответ все не приходил.
Коннор нахмурился.
– Ну, и что это значит?
– Это хорошо. Она размышляет, что бы тебе ответить.
Появился ответ Отем.
