Коннор помрачнел, заглушил мотор, резко распахнул дверь и выскочил из машины: впервые с момента нашей встречи улыбка исчезла с его лица. Однако, когда он открыл мне дверь и протянул руку, он снова улыбался. Идеальный джентльмен.
Французский ресторан разместился в высоком, элегантном здании постройки конца XVIII века – кусочек Версаля посреди Массачусетса.
– Ты бывал здесь раньше? – спросила я, когда мы шли через парковку.
– Один раз, – ответил Коннор. – Родители как-то раз пришли посмотреть на игру, а потом привезли сюда меня и пару моих товарищей по команде.
– Ты имеешь в виду бейсбольный матч, в котором ты участвовал, да? На какой позиции ты играешь?
– Центральный принимающий, – ответил Коннор. – А ты когда-нибудь была на бейсбольном матче?
– Нет. Обычно я слишком занята учебой, да и Марк не… – Я осеклась.
«Проклятье. Теперь я – девушка, которая тащит бывшего парня на первое свидание».
Коннор слегка приподнял бровь.
– Марк?
– Мой бывший парень. Мы расстались в начале лета. Он не был фанатом спорта, а мне постоянно не хватало времени. Соревнования, в которых участвовал Уэстон, – первое спортивное мероприятие, которое я посетила в Амхерсте.
Коннор распахнул передо мной дверь, его пронзительные зеленые глаза смотрели на меня в упор.
– Рад, что ты сделала исключение.
Охватившее меня нервное напряжение слегка ослабло.
– Я тоже.
Фойе «Ростана» – просторное помещение с покрытыми штукатуркой стенами, мраморными колоннами и богатым декором – утопало в уютном полумраке. Пахло поджаренным стейком и шоколадом.
– Это словно крошечный кусочек Парижа, – сказала я, озираясь по сторонам. – Мне трудно представить здесь группу бейсболистов.
– Мы вели себя очень хорошо. – Коннор подмигнул. – Зато позже, «У Рокси», – не очень. – Была там когда-нибудь?
– Никогда не слышала об этом месте, – ответила я.
Мы стали ждать, пока нас проведут к столику.
– Правда? Это придорожная закусочная-гостиница в часе езды от города. Там собирается разношерстная толпа, но я балдею от этого места. – Он кивнул мне. – Хочешь, наведаемся туда, вместо того чтобы есть здесь?
– Думаю, мой наряд не подойдет для того заведения, – сказала я, расправляя юбку.
– Пожалуй, что так. – Улыбка Коннора чуть приувяла. – Как-нибудь в другой раз.
Повисло молчание и тянулось до тех пор, пока к нам не подошел главный официант. Он провел нас по винтовой мраморной лестнице на самый верхний этаж, на террасу, с которой открывался чудесный вид на Амхерст. Солнце как раз начало опускаться за горизонт на западе, и зеленый пейзаж постепенно окрашивался в золотистый цвет.
– Вот ведь сборище старичков, да? – тихо проговорил Коннор.
Я оторвалась от созерцания прекрасного вида и увидела, что большинство гостей на террасе старше нас лет на тридцать.
– Теперь припоминаю, почему после ужина с моими родителями мы сбежали в «Рокси».
– Я думала, тебе здесь понравилось, – сказала я. – Ты же говорил, что здесь незабываемые закаты.
– О, точно. Так мне говорили, но сам я этого ни разу не видел. – Он улыбнулся мне своей красивой улыбкой. – Так что для меня это тоже впервые.
Острый угол был успешно сглажен, и мы в дружелюбном молчании принялись изучать меню.
Подошел официант, чтобы предложить нам напитки.
– У вас есть грушевый сидр? – спросил у него Коннор и подмигнул мне.
Я округлила глаза и рассмеялась, когда официант извинился и сообщил, что сидра у них нет.
– Тогда бутылку красного вина? – предложил Коннор.
– Белого, пожалуйста. И только один бокал.
Коннор заказал мне бокал совиньон блан, а себе стакан традиционного пива.
– Только один, – пояснил он. – Раз уж я за рулем.
Официант проверил наши удостоверения личности, потом удалился.
Коннор откинулся на спинку стула.
– Я должен сделать признание.
– Вот как?
– Я не помню, что ты рассказывала про свою специализацию. Помню только, что звучало это сложно до чертиков.
– Социальная антропология и политология.
– Точно. И что ты собираешься делать с таким образованием? Ты упоминала, кажется, что собираешься в аспирантуру в Гарвард?
– Надеюсь. Я собираюсь подать петицию, чтобы мне разрешили придумать свой проект с упором на какую-то особую область гуманитарной работы.
Коннор надул щеки.
– Ух ты. Амбициозно.
Я провела кончиком пальца по краю бокала.
– Ну, я еще не решила, на чем делать упор, но из Гарварда мне ответили, что ждут моих предложений. Мне нужно будет отправить им свой проект вместе с заявлением о поступлении, так что у меня остался этот год, чтобы что-то придумать.
– Кажется, у тебя впереди куча работы.
– Так и есть, но оно того стоит. Хочу выбрать важную тему.
– Круто.
Официант принес напитки, и Коннор сделал заказ: филе для меня и ребрышки для себя.
Он слегка стукнул своим стаканом по моему бокалу.
– За нас.
– За нас, – сказала я, чувствуя легкое разочарование. Я ждала, что Коннор произнесет какой-то романтический тост, в духе того сообщения, которое отправил мне недавно.
Коннор отхлебнул пива, поставил стакан на стол и снова откинулся на спинку стула.
– Итак, чем еще ты занимаешься, Отем, когда не строишь планы по спасению мира?
