По вновь выявленным фактам возбуждали новые уголовные дела, которые рассматривались судами с повышенной строгостью, но при полном соблюдении процессуальных норм. Доказательной базы в виде показаний многочисленных свидетелей хватало на всех. Тщательное повторное расследование выявляло в отношении каждого из уже сидевших предателей всё новые и новые эпизоды, которых в итоге обычно набиралось на два-три расстрела. По результатам рассмотрения дела пособники нацистов получали либо высшую меру, либо длительные сроки и пожизненное поражение в правах, с ограничением возможности возврата в места предыдущего проживания. Для расселения освободившихся, во избежание их концентрации, были введены квоты. Расселение производилось только в сельской местности, на территориях восточнее Уральского хребта.
В то же время «бюро Судоплатова» сосредоточило усилия на розыске и вывозе в Советский Союз националистов, прежде всего – руководителей ОУН-УПА, нашедших убежище за рубежом. Информация из «электронной энциклопедии» позволила установить хотя бы кто из них когда и где в «той» истории умер, и чем занимался после войны. Отталкиваясь от этих сведений, уже можно было сузить круг поисков.
Захват Степана Бандеры был лишь верхушкой айсберга большой и кропотливой работы спецслужб. В течение 1955-1961 гг были выявлены и в 1960-м, сразу после похищения Эйхмана, вывезены в СССР такие одиозные персонажи, как Зиновий Матла, Андрей Мельник, Ярослав Стецько, Рихард Ярый, Владимир Кубийович, Улас Самчук, Микола Величковский, Пётр Войновский, Орест Масикевич, Владимир и Евгений Стахив – фактически, все уцелевшие после войны мерзавцы из высшего руководства ОУН (АИ).
В этом процессе КГБ осторожно сотрудничал с «Моссад», вначале – на уровне информационного обмена, а с весны 1961 г – и на оперативном уровне. В этом редком случае интересы советской и израильской спецслужб совпали. Информация о преступлениях против евреев, полученная на допросах от бандеровцев и мельниковцев, передавалась израильской стороне (АИ).
В ответ, по личному указанию главы «Моссад» Иссера Хареля, желавшего поквитаться с ЦРУ за сокрытие данных о местонахождении Эйхмана, израильские агенты «исчезнули» в США и презентовали советским коллегам не ожидавшего такой «подлянки» от союзников Америки руководителя ОУН и гестаповского пособника Миколу Лебедя (АИ).
Конечно, разыскивали не только бандеровцев. Ловили и беглых власовцев, и прочую шушеру – всех, кто заслуживал наказания, но основное внимание уделяли поиску бывших карателей, лагерных охранников и прочих лиц, осуществлявших геноцид. При этом в поисках очень помогал контроль над сетью кадровых агентств в крупных городах США (АИ, см. гл. 04-13). С их помощью удавалось продвигать своих людей не только в коммерческие фирмы, но и государственные учреждения.
В частности, по «электронной энциклопедии» сотрудниками 20-го Главного управления был вычислен некто Иван Николаевич Демьянюк, власовец, служивший также охранником в нескольких концентрационных лагерях – Собибор, Майданек, Флоссенбюрг, Треблинка, где обслуживал газовые камеры. По присланным данным, в 1952 г Демьянюк с семьёй эмигрировал из Западной Германии в США, а в 1958 г получил американское гражданство, сменив имя на «Джон».
Внедрённые в архивы иммиграционной службы сотрудники перерыли массу дел, но разыскали документы Демьянюка и выяснили его местонахождение. Бывший охранник, причастный к убийству около 29 тысяч человек, работал автомехаником. В лагере он получил прозвище «Иван Грозный», за садистские пытки, применявшиеся им к заключённым.
Агенты нашли его мастерскую и приехали туда под видом клиентов. Личность Демьянюка была подтверждена. Дождавшись вечера, сотрудники «бюро Судоплатова» перехватили Демьянюка, усыпили эфиром, запихнули в автомобиль и уехали. Через несколько дней его вывезли из страны. Вывоз в таких случаях осуществлялся обычно на частных яхтах или катерах. Переброску на побережье организовывали на частных самолётах. «Исчезнутых» клиентов накачивали специально подобранной смесью наркотических препаратов, смачивали лицо возле губ спиртным, либо просто вливали дозу спиртного, укладывали в резиновую лодку или спасательный плотик, и оставляли в океане, за пределами территориальных вод США, на пути одного из нескольких торговых судов, принадлежащих подставным фирмам, и ходивших под панамскими и либерийскими флагами.
