Снимки гор трупов, извлечённых из Бабьего Яра и других мест массового захоронения западная пресса пыталась представить жертвами «большевистского террора». Эти попытки были развеяны показаниями свидетелей, изобличивших в преступлениях карателей из числа бандеровцев, венгров, румын и представителей республик Прибалтики. В дни процесса на месте массовых расстрелов в урочище Бабий Яр, к тому времени очищенном от промышленных стоков кирпичного завода, был возведён монумент памяти жертв геноцида (АИ, об очистке Бабьего Яра см. гл. 04-18).
Советская юстиция воспользовалась опытом покойного премьер-министра Сингапура Ли Куан Ю. В штате посольств СССР в США и других странах имелись опытные юристы. В ответ на кампанию в западной прессе они начали подавать в суды США, Великобритании, Западной Германии и других стран иски по обвинению в клевете конкретных репортёров и издателей, публиковавших редакционные статьи. Суммы исков за моральный ущерб исчислялись миллионами и десятками миллионов долларов, фунтов, марок, и т.д.
Ответные иски, поданные в советский суд западногерманской стороной по обвинению в клевете на Ганса Глобке, Фридриха Фёрча, Герхарда Весселя и Рейнхарда Гелена были рассмотрены, и признаны несостоятельными, по результату анализа представленных сторонами доказательств совершённых преступлений. (АИ).
В тех случаях, когда суды западных стран отклоняли иски советской стороны, посольские юристы подавали апелляции в вышестоящие инстанции. Отсудить какие-либо значимые суммы у изданий не удалось, но нервов и издателям и репортёрам помотали столько, что те впредь не особо стремились связываться с Советами: «Ни хрена себе сутяги эти красные!» На что Олег Александрович Трояновский на пресс-конференции ответил:
– Мы строим правовое государство, надо же нам на ком-то тренироваться (АИ).
Репортёрам изданий, отметившихся в пропагандистских кампаниях против СССР, закрывали аккредитацию и выдворяли их из страны в 24 часа (АИ. К сожалению. А стоило).
Все обвиняемые в итоге были приговорены к высшей мере наказания по совокупности преступлений. Отвертелся от виселицы только бывший бандеровский генерал-хорунжий, руководитель Южного краевого провода ОУН, глава Генерального секретариата УГВР Василь Кук. В 1960-м он написал «Открытое письмо к Ярославу Стецько, Миколе Лебедю, Степану Ленкавскому, Дарье Ребет, Ивану Гринёху и всем украинцам, которые живут за границей», в котором признал советскую власть законной на Украине, отрёкся от ОУН-УПА и призвал украинское правительство в изгнании признать СССР как законное государство и вернуться на Украину.
Впрочем, вскоре Стецько и Лебедь действительно вернулись, хотя и не по собственной инициативе и желанию. Кук так до конца и не «разоружился», будучи отличным конспиратором. Как вспоминал офицер КГБ Георгий Захарович Санников: «Он боялся бесследно исчезнуть. Был уверен, что его расстреляют. На этом настаивал и Хрущёв. Но Киеву удалось убедить этого не делать. Иначе бы создали очередного национального героя.»
(http://www.mk.ru/social/2014/07/07/poslednie-tayny-oun-lyubov-i-nenavist-ukrainskikh-nacionalistov-glazami-sotrudnika-kgb.html)
Чтобы уцелевшие пока ещё бандеровцы не делали из Кука и остальных объекты поклонения, открытое письмо Кука было опубликовано в прессе и передано по радио. С этого момента националисты, остававшиеся на свободе, считали Кука предателем и агентом КГБ. После этого его уже можно было ликвидировать, что и было сделано через некоторое время (АИ, Василь Кук умер своей смертью в 2007 г в Киеве).
Прочих осуждённых тоже склоняли к написанию подобных воззваний и отречению от ОУН, но безуспешно. Все они были «идейными бойцами», и ни на какое сотрудничество с властями не шли.
В отношении народов, выселенных за сотрудничество с нацистами из пределов своих национальных образований (подробнее см. И. Пыхалов «За что Сталин выселял народы»), из «документов 2012» было известно, что в 1956-58 гг спецпереселенцы из ликвидированной в 1944 г Чечено-Ингушской АССР под влиянием перемен, инициированных 20-м Съездом КПСС, начали самовольно переселяться обратно на Кавказ, устроив в местах расселения беспорядки, убийства и грабежи.
(См. Козлов В.А. «Неизвестный СССР. Противостояние народа и власти»)
