Довод оказался слишком близко. Упер руки в подлокотник за моей спиной и навис так, что я чувствовала его присутствие кончиками волос! И запах…потрясающий запах дорогого парфюма.
— Как идут дела?
Боги. Всех. Времен. И. Народов. Спасите!!!
Вздрагиваю от внезапности, пока в голове проносятся разные обрывки молитв и стенаний, потом испуганно поднимаю глаза.
А он меня буквально уничтожает. Развеивает по ветру. Смотрит-смотрит-смотрит, утягивает в бездну своих глаз.
Бросает в жар.
— Неплохо, — пищу, Довод улыбается сладко.
— Это хорошо, что неплохо. Устала?
— Нет.
— Врешь. Собирайся, я закажу тебе машину.
Он резко отрывается от своего места, а как будто от меня, из-за чего, опять же где-то на задворках сознания, я слышу недовольный, даже опечаленный вздох, но быстро прихожу в себя. Что?! Машину?!
— Не надо!
Получается как-то слишком нервно и громко, что заставляет Влада обернуться и удивленно выгнуть брови.
— Не надо?
— Я сама доеду.
— Уже очень поздно.
— Маршрутки еще ходят.
— Ты самоубийца? — усмехается, делает шаг обратно, запихиваю руки в карманы брюк, — Или мученица?
О боже. Вот теперь мне дико-дико стыдно. Я опускаю глазки на свои руки, которыми нервно тереблю края папки, и совершенно не знаю, как сказать! Ну как?! Как признаться?! Глупые стереотипы заполняют мое сознание. Он. И я. Я, которая даже в черте города не живет! Пропасть между нами в миг станет еще больше, а я этого не хочу! Не хочу!!! Но надо? Наверно…
Боже, да говори уже!
— Я живу далеко.
Выпаливаю, как на духу. Что поделать, в конце то концов? Могла бы и назвать, конечно, адрес Ники, но я ключей с собой не взяла. И что? Поехать туда, постоять и подождать, пока машина уедет, а потом в Красное село? Тогда я точно не успею на последнюю маршрутку. Можно было бы и такси заказать? Боже, ну конечно! Необязательно же было признаваться! Надо было схитрить!
Как досадно. Я себя всеми словами обругала в тот момент, потому что во время не додумалась. Просто не привыкла к такому…
— И? — резонный вопрос: и?
Что поделать? Раз уж начала, то говори правду до конца. Ничего тут не поделаешь.
Вздыхаю и сознаю до конца.
— Я живу в Красном селе.
— Я знаю. И?
Что?!
Резко поднимаю глаза, Довод продолжает смотреть на меня спокойно и ровно. Лишь легка усмешка на губах, что прячется в уголке, выдает тот факт, что его дико умиляет мое положение. Наверно, он все понимает, да?! Ну конечно! Куда мне с ним тягаться!
Досадно вдвойне. Зло суплюсь, хотя по факту мне предъявить и ответить на это нечего — отвожу глаза, цежу.
— Это дорого.
Моя глупость его смешит, а меня бесит еще больше. Я не скрываю этого — смотрю на него и взглядом убиваю, пока он чуть ли за живот не хватается!
Какой же все-таки козел. Ну честно! Иногда он бывает просто дикой задницей. Для меня — унизительно, ему — смешно. Красота просто!
— Если бы заказать такси до Красного села, означало мое банкротство — я бы кончил плохо. Собирайся.
Звучит снисходительно, да и выглядит снисходительно тоже. Не жест, а как он его делает, однако, я решаю не спорить. Хочет?! Да и пусть! Прокачусь с ветерком, и гори оно все синем пламенем! Гордость — это конечно хорошо и правильно, но я совершенно точно могу отличить гордость от глупости. Как там говорится? Дают — бери; бьют — беги?! Так вот, если тебе миллиардер предлагает такси до дома — глупо отказываться. Наслаждайся, пока можно. Пока у него настроение хорошее.
Поджимаю губы, но встаю, гордо вздернув носик, а потом начинаю собираться. То есть с чувством собственного достоинства, понадежнее спрятав радость в кулачок.
Пока не чувствую, правда, что он снова стоит слишком близко.
Почему он вечно оказывается так близко?!
Еще и поза такая…
Резко выпрямляюсь, буквально ударяясь лопатками о твердую, натренированную грудь, вспыхиваю. Мамочки. Он…я…и все это…как двусмысленно!
Серьезно! Он что, получает эстетическое удовольствие, бросая из одной неловкой ситуации в другую?! У меня просто нет другого объяснения, зачем еще он подошел чуть ли не вплотную, пока я в согнутом положении собирала свою сумку!
Но ответы, да и вопросы, растворяются в Белой ночи, когда я слышу глухой шепот на ухо.
— Машина будет через пять минут.
Боже.
— Кстати, малышка… — усмехается, а потом касается моих волос еле-еле, костяшками пальцев, — Когда в следующий раз вздумаешь шариться по столу своего начальника — аккуратней. Вдруг у него везде стоят камеры?
Боже. Боже. Боже!!!
Проглатываю плотный ком невроза, а потом на деревянных ногах поворачиваюсь лицом — а он так близко. Над Невой горит яркая Луна, как блюдце белое, и это очень красиво — небесное тело слишком близко подошло к земле, а я читала, что такое происходит очень редко. Наверно, примерно также редко, как девчонка с окраины оказывается наедине с миллиардером. Ночью. И знаете? Говорят, что Луна эта красивая до невозможности, только то, как она отражается в его глазах — гораздо красивее.
