– Может, она и права. Наверное, с годами и в самом деле приходит способность смотреть издали и видеть ясно.
– Тем больше причин уехать.
– А может, люди сделают что-нибудь здесь и сейчас, пока не слишком поздно?
– Люди вроде тебя? – У Греты не получилось скрыть насмешку.
– Люди вроде нас.
– Кстати, ты же не только с новостью о Кюстине явился?
– Да. Объявилась сестра Сьюзен Уайт. Она позвонила в офис как раз перед тем, как я выехал к тебе.
– День богат на сюрпризы. Чего она хочет?
– Коробку с бумагами.
– И ты спокойно отдашь?
– Я хочу, чтобы она ее получила. А еще я хочу проследить, куда эта сестра направится из моего офиса. Поэтому мне нужна помощь.
– Понятно.
– Ты поможешь? Если не ради меня, так хоть ради Кюстина.
– Флойд, не нарывайся.
– Я серьезно. Мальо сказал, что Кюстина можно спасти, если предъявить что-нибудь стоящее.
– Например?
– Другого подозреваемого. Я знаю, пока до этого далеко, но сестра – единственная ниточка. Если мы не проследим за ней, Кюстину конец.
Грета с Флойдом зашли в «Фиолетовый попугай» и двинулись вдоль шеренги джаз-фотографий на стене, вниз по лестнице и в подвал. К восьми вечера в пятницу уже прибыло несколько завсегдатаев, но большинство столов оставались свободными, в баре было тихо. Парнишка в полосатой рубашке пытался играть Дюка Эллингтона на фортепиано, но получалось не ахти. Мишель спокойно налил гостям заказанное и вернулся к прежнему занятию, к надраиванию жестяной стойки. Он то и дело поглядывал на лестницу, ведущую наверх, будто ждал кого-то еще.
Флойд с Гретой пили молча.
Прошло пять минут. Потом десять.
– Ты знаешь, для чего мы здесь, – проговорил наконец Флойд.
Мишель прекратил тереть цинк и медленно, картинно убрал полотенце.
– Без труда добрались? – спросил он.
– За нами никто не следил, – сказал Флойд.
– Уверен?
– Насколько это возможно.
– Не слишком-то прочная гарантия.
– Лучшей не дам. Тебе ведь известно, где он?
– Идите за мной, – сказал Мишель, забирая пустые стаканы.
Он поднял перекладину в конце бара и пропустил гостей в кладовку, полную бочек и пустых бутылей из-под вина. За следующей дверью открылся извилистый, облицованный кирпичом коридор, уставленный деревянными ящиками из-под пива. Пройдя половину коридора, Мишель остановился у белой двери без каких-либо пометок и вынул связку ключей. За ней был склад, целиком заставленный ящиками. Присмотревшись, Флойд понял, что они заслоняют дверь в противоположной стене.
– Туда, – указал на нее Мишель. – Но быстро и тихо. Флойд, не хочу тебя обидеть, но я рискую головой. Серьезно.
– Я понимаю, – кивнул Флойд.
За скрытой ящиками дверью оказался чулан. Полопавшаяся штукатурка обваливалась пластами, открывая старую кирпичную кладку, трещиноватую, сочащуюся сыростью. Свет давала тусклая лампа под потолком. Единственный предмет мебели – матрас на полу. На матрасе сидел с обрывком газеты в руках Кюстин, прислонившись к стене, подложив пару тощих подушек. Рядом стоял пакет с едой. На Кюстине была та же одежда, что и утром, – но такая измятая и засаленная, будто он не снимал ее неделю.
Кюстин отложил газету:
– Не сочти любопытство за неблагодарность, но как, черт возьми, ты меня отыскал?
– Удачная догадка, – ответил Флойд.
– Или, скорее, дедукция, – добавила Грета. – Сколько друзей осталось у нас в этом городе?
– Немного, – согласился Кюстин.
– Нетрудно было составить список. И в нем Мишель – на самом верху.
– Спасибо ему за разрешение прятаться здесь. Но долго я оставаться не могу. Слишком опасно и для меня, и для него. Надеюсь, за тобой…
– Не было хвоста? – окончил мысль Флойд. – Нет.
– Я здорово влип.
– Значит, мы должны тебя вытащить, – сказала Грета.
– Но прежде всего нам нужно знать, что именно произошло, – произнес Флойд. – Андре, нас интересует буквально все с того момента, когда я высадил тебя на улице Поплье.
– Ты получил мою записку?
– Конечно.
– И знаешь про пишущую машинку?
– Ты имеешь в виду шифровальную машину? Да. Но я не понимаю…
– На Набережной мы такими пользовались для секретной связи между департаментами, когда пытались разгромить крупные преступные синдикаты. Злодеи имели привычку прослушивать полицию. Когда Бланшар показал нам футляр от пишущей машинки – верней, то, что мы сочли футляром от нее, – я понял, что видел такое раньше. Надо было только вспомнить, где и когда.
– Рад, что ты вспомнил. Это сразу многое прояснило.
– Она была шпионкой.
– Согласен.
– И действовала не в одиночку, раз шифровки продолжают слать до сих пор. Наверняка у нее поблизости сообщники.
– Кстати, один из них зайдет в мой офис завтра в девять утра.
– Ее сестра? – удивленно спросил Кюстин.
– Как и обещал Бланшар, она вышла на сцену.
– Слушай, будь с ней поосторожнее.
– Я уже все продумал. Теперь давай выслушаем твою историю. Что за чертовщина случилась сегодня?
Кюстин устроился поудобней на матрасе.
– Я начал с жильца со второго этажа – с того, которого ты не застал вчера. Но этого человека по-прежнему не было дома. Тогда я поднялся в квартиру мадемуазель Уайт, чтобы послушать приемник.
– Записал что-нибудь?
