– Да… Вообще мне нужна твоя помощь. Кажется, я знаю, что случилось с моими родителями. И ещё со мной произошли странные вещи недавно. Боюсь, ты мне навряд ли поверишь…
– Эй, дружище. Я уверен, ты не станешь лгать или придумывать. Если ты что-то знаешь или что-то видел, я постараюсь помочь.
– Моя тётя не поверила.
– Фил, Фил! Тётя – это тётя. Она взрослая, у неё свои заботы на уме. Конечно, она будет действовать во всём рационально. А мы ещё молоды. Можем позволить себе немного отвлечься от реальности и хлопот.
«Наверняка он снова подмигнул» – подумал парень.
– Хорошо. Тогда завтра в двенадцать у метро.
– Да, давай. Покеда!
– Пока.
Голос Миши сменился на короткие прерывистые гудки. Фил отложил телефон в сторону. Он был рад, что Миша согласился встретиться и поддержал его с этими мыслями. Теперь он не чувствует себя совсем одиноко и беспомощно.
Вероника шерудила за дверью спальни. Последние несколько часов она провела за уборкой квартиры и до сих пор это делает. Пропылесосила все полы, вымыла их, вымыла окна и взялась за пыль. Вероятнее всего она провозится почти до ночи, а завтра продолжит и займётся комнатой Фила. Она старается не беспокоить его своей одержимостью чистотой, поэтому в его комнате всегда убирается отдельно.
Однако сегодня она не довела уборку до конца. Буквально через полчаса Фил услышал крики. Сперва ему показалось, что они шли с улицы, но затем понял, что доносились они с кухни. Это были два голоса – Вероники и её мужа. Сначала Вероника начала повышать голос, что-то высказывать мужу, а затем и он, поймав волну, перешёл на ругань. Филипп смог лишь мельком понять, что тётя была недовольна безалаберностью мужа и постоянной занятостью работой, а тому в свою очередь не нравилась одержимость Вероники уборкой, её ревность и… дальше парень не слушал.
Взрослые стали кричать ещё громче, раздался грохот, вероятно, в разные стороны полетела посуда. Фил сидел на кровати, заткнув уши. В груди ворошилась тревога, руки дрожали, он терялся в этом хлёстком потоке звуков. Его словно уносило неумолимым течением прямиком туда, на кухню, заставляя участвовать в стычке двух разъярённых людей, слушать их недовольства и видеть ненависть. В голове все мысли запутались чёрным клубком. Он не мог избавиться ни от них, ни от шума. Когда находиться в этой обстановке стало невыносимо, парень оделся, собрал в рюкзак необходимые вещи: телефон, банковские карты, «Подорожник», блокнот с ручкой и документы. Затем встал, не издавая звуков, прошёл мимо кухни в коридор. Где-то рядом в стену прилетел тяжёлый предмет. Голос людей, которые сейчас казались совершенно незнакомыми, становился ещё громче, ещё надрывистей. Обувшись и захватив с собой лёгкую ветровку, Фил покинул квартиру и пошёл к остановке.
Пока он ждал автобус до Петербурга, позвонил Мише и объяснил возникшую ситуацию, спросил, не может ли он временно переждать у них. В голосе друга прозвучала обеспокоенность, он, не раздумывая согласился, и сказал, что если успеет, то встретит Фила после работы. Минут через пятнадцать подъехал автобус. Парень занял место у окна. Ещё через пять минут транспорт тронулся, а мимо пронеслась карета скорой помощи и следом полиция. Обе машины въехали во двор домов, где находится квартира тёти. Неприятные мысли зашевелились в голове, однако Филипп отбросил их и уставился в далёкий горизонт.
Когда уже начинало темнеть, автобус остановился около метро. Фил вышел и потянул затёкшие мышцы. Ноги едва разгибались, а ягодицы и вовсе ныли от долгой дороги. Через пару минут к нему подошёл Миша и вместе они поехали к нему домой, где уже ждала Лера. Их квартира находится между Нарвской и Кировским заводом, в одной крупной сталинке.
Подъезд здесь как подъезд. Ничего необычного, однако вполне опрятный и чистый. Квартира просторная с большой спальней и кухней. Везде сделан свежий ремонт. Высокие потолки дают ощущение простора и свободы, дышится здесь гораздо легче, даже чем у Вероники или в квартире родителей. Весь интерьер подобран в жёлто-серых тонах, аккуратно и скомпоновано.
– А чего это вдруг твоя тётя с мужем так поругались? – поинтересовалась у Фила Лера, когда они сидели и пили чай.
Фил пожал плечами. Откуда ему знать. Он ни разу не видел, чтобы они ссорились. Возможно, потому что не хотели делать это при нём. А когда не стало бабушки и Эрика с Настей, нервы у всех подкосились и проявились все отрицательные черты.
– Да-а… это, конечно, не круто, – словно читая мысли, согласился Миша. – Ну, в любом случае, это их дело. У них своя семья и ты, – он указал на друга, – Не должен быть причастным к их конфликту. Правильно сделал, что приехал, будь здесь как дома, сколько будет нужно.
– Да, Фил, мы только рады! – поддержала Лера.
Парень кивнул. Допив чай, Миша предложил всем идти спать, так как время уже было позднее. Он также сказал, что помнит про просьбу Фила и они смогут всё обсудить завтра на свежую голову.
«Это разумно»
Миша показал ванную, показал гель, шампунь, дал полотенце и совсем новую зубную щётку.
– Одежды ты ведь никакой не брал?
– Нет.