Ручка щёлкнула. Фил перечитал свои заметки, подтверждающе кивнул и засунул блокнот в рюкзак.
Следом в руках оказался планшет с закреплённым листом. Рядышком на полу устроились акварельные краски, палитра на 9 секций для смешивания краски, стакан с водой, в разноцветных вымытых пятнах тряпочка и кисти разных форм. Фил выбрал широкую плотную кисть, обмакнул в воду, а затем провёл ею по голубой краске. Свободными мазками обозначил участок неба, а потом тем же способом, но уже зелёной краской – участок с зеленью и несколько высоких силуэтов деревьев. Кистями поменьше придал небу объёма, полукругом навёл тёмно-синей с фиолетовым грозовых туч, сделал небо темнее. Провёл контур елям и соснам, мелкой тоненькой кистью сделал им привычные пушистые текстуры. Усеял поле зелёной травой и жёлтыми цветами. В голове заиграли звуки того дня, на груди почувствовался холодок, а щёки загорелись. Дальше по центру нарисовал луч, тянущийся в самое небо. Сделал его широким, ярким, изобразил глубину его пылающего света. Тучи обхватили луч с одного конца, а другим у земли он жёг всё живое. Брови Фила нахмурились. Он постарался изобразить кружащий по полю ветер, но получилось как получилось… Также нарисовал свой силуэт, небольшой, но совершенно точный, стоявший около луча с распростёртыми в стороны руками.
Фил отложил кисти и осмотрел рисунок.
«Вроде неплохо»
Он положил планшет на стол, чтобы дать краске время окончательно высохнуть, а сам пошёл в ванную мыть кисти, палитру и стакан.
Вероника с мужем приехали к шести вечера. Она выглядела вполне нормально, хотя и очень уставшей. Племянник встретил их, помог разобрать вещи и стал ждать, пока они не отдохнут и не поедят.
После ужина Фил позвал тётю к себе в комнату. Она рассказала о том, какие дела они сделали в Германии, о последних известиях относительно родителей. Известия эти не были больше хлебной крошки.
– А ты как провёл время Филипп? – поинтересовалась тётя, заключив его руку между своих ладоней.
Парень сначала хотел потянуть руку на себя, но потом решил потерпеть и не отталкивать последнего близкого человека. Он рассказал ей про то, чем занимался дома, про прогулку с Мишей, про поход в библиотеку (однако умолчал обо всём, что там произошло. Сказал лишь, что нашёл интересную поэму «Божественная комедия»).
– А ещё мне кажется, я знаю, что случилось с родителями.
Вероника слегка повела бровью, но затем продолжила спокойно, с улыбкой смотреть на племянника.
– Их убили. Один… один человек. Мужчина. Он высокий, одет в чёрный дождевик. Он… он пришёл к ним, когда они ночевали в доме бабушки, и убил их. Тела куда-то спрятал, а дом поджёг.