Гермиона почувствовала, как сжимает кулаки.
— Я ненавижу тебя! — крикнула она.
Рон расхохотался.
Гермиона закрыла рот рукой.
— О Господи, — сказала она. — Неужели я это сказала?
— Теперь ты понимаешь, что я имел в виду, — ответил он, посмеиваясь.
— Прости, пожалуйста, — пробормотала она. Злость испарилась, уступив место дурацкому желанию высморкаться.
Рон посмотрел на нее, и слабая улыбка мелькнула на его губах.
— Ладно уж, — сказал он. — Иди сюда.
Он протянул ей руку, и Гермиона едва не упала, бросившись к нему; Рон обнял ее, и она обняла его в ответ, чувствуя его надежное, теплое и удивительно успокаивающее присутствие. Она слышала, как бьется его сердце, отсчитывая секунды под его потертой рубашкой.
— Обещай, что скажешь правду, — сказала она. — Лупин сказал, что с Гарри все в порядке?
— Маленький мальчик в полном порядке, — ответил Рон. — Клянусь тебе.
Она откинула голову и посмотрела на него.
— Я должна поговорить с ним.
— Ты можешь, — сказал Рон. — Попозже.
— Я ничего не хочу скрывать от него. Я должна рассказать ему все. Я должна…
Рон отпустил ее и закрыл руками свои уши.
— Не говори мне ничего! — пропищал он. — Я не хочу знать о тебе то, что не знает Гарри. Этот путь ведет к безумию и летающей мебели.
Гермиона слегка улыбнулась.
— Ну, хорошо.
Какая-то мысль отразилась на ее лице.
— Рон?
— Чего?
— Ты и я — мы похожи друг на друга или совсем разные?
Гермиона оценила то, что он, похоже, всерьез задумался над этим глупым вопросом.
— Мы похожи, — наконец, сказал он. — Потому что мы оба тратим все свое время, следуя за Гарри, беспокоясь за него, поднимая его и стряхивая с него пыль, когда он делает глупости, которые едва не убивают его.
— Именно это ты и делал? Стряхивал пыль?
Рон насупился, глядя на нее.
— Точнее, я склеивал его обратно, — сказал он. — Гермиона…
— Что?
— Ничего.
Он откинул голову к стене.
— Почему Малфою надо было оказаться там? — произнес он, обращаясь к пространству над ее головой. — Из всех людей на свете, которых ты могла бы увидеть в тот момент, почему он?
Она хотела ответить, что она думает, что это был рок, что-то предопределенное, что-то, что не давало ей выбора, что-то вроде кары — вот только она не была уверена, была ли эта кара предназначена ей или Драко. Но вместо этого она лишь пробормотала, уткнувшись в его рубашку:
— Он не такой плохой. Нельзя судить о книге по ее обложке, Рон.
— Не путай Малфоя с книгой, — сказал Рон. — Как-никак, в книге есть содержание.
Гермиона легонько стукнула его по плечу.
— Вредный.
Она разняла руки, отступила назад и скользнула взглядом по двери спальни.
— Гермиона, — предостерегающе начал Рон.
— Я не собираюсь входить, — сказала она, оправляя блузку. — Я подумала о том, что сказала мне Нарцисса.
— Что же?
— Что я была бы счастливее, если бы была полезной, — ответила она. — Полезной для Гарри. — Она слабо улыбнулась Рону. — Наверное, счастливее всего я была тогда, когда помогала ему выпутываться. Даже, если он этого не знает. Ты понимаешь, что я хочу сказать?
Все еще опираясь на стенку, Рон усмехнулся:
— Очень редко, а может, и никогда.
Гермиона показала ему язык, повернулась и пошла прочь по коридору. Рон смотрел ей вслед, наполовину удивленный, наполовину рассерженный.
— Куда ты идешь? — окликнул он ее.
— В библиотеку! — крикнула она в ответ, не оборачиваясь. — Если хочешь быть полезным, можешь пойти тоже и помочь мне.
Рон покачал головой и последовал за ней.
— Ну конечно.
Драко приземлился в саду, сразу же за воротами, украшенными плетением из змей и букв М. Он спешился с метлы, прислонил ее к стене и оглянулся вокруг.
Начинался дождь, точнее, мелкая морось. Окрестности Замка Малфоев казались серебристочерными в дымке лунного света. Даже в темноте Драко различал черные отметины в земле там, где были вырваны с корнем ядовитые магические растения, или где протащили тяжелые предметы.
Было странно стоять здесь и знать, что больше не надо помнить, как избежать десятков заговоров, чар и неприятных сюрпризов в виде смертельных заклинаний, которые когда-то окружали поместье подобно невидимому магическому забору. Без них это место казалось нездешним. Чужим.
«Здесь я тоже чужой».
Оставив свою метлу стоять у стены, он двинулся к дому, ныряя под мокрые ветви деревьев (по крайней мере, их они не спилили). Он миновал поляну, где раньше обитала семья гигантских пауков, пересек мост в виде дракона, который был когда-то заряжен Взрывающим Заклятием, обогнул угол дома и чуть не заорал, когда чья-то рука высунулась из темноты и схватила его за рукав.
Годы занятий фехтованием и Квиддитчем выработали у него быстроту рефлексов. Он развернулся, перехватил чужую руку и воспользовался этим, чтобы опрокинуть незваного гостя (который, надо сказать, почти не сопротивлялся) на землю.
Грабитель шлепнулся в грязь, издав приглушенный негодующий крик. Капюшон откинулся, открыв бледное лицо, окруженное струистым облаком серебряных волос, раскосые темно-синие глаза и знакомый рот с поджатыми губами.
— Флёр? — произнес Драко, не веря своим глазам.
