— Все жертвы были ближайшими соратниками Вольдеморта в тёмные годы. Потом отреклись и избежали Азкабана. Наши лазутчики сообщают, что потом они вернулись к Вольдеморту, и он простил их. Так вот, сейчас…
Джинни перестала прислушиваться и просто смотрела, как Сириус наклонился, чтобы перелистнуть пергамент, а Люпин чуть отстранился и взирал на старого друга с лёгкой улыбкой. Ей показалось, что, куда бы ни шли эти двое, рядом с ними всегда находились призраки ещё двух юношей — одного уже мёртвого и ещё одного, которому лучше бы умереть. Интересно, может, через много-много лет Драко с Гарри станут такими же? Она усомнилась, глядя на эту мирную картину, смогли бы они быть такими же вместе. Она не сомневалась только в одном: они точно не смогли бы быть порознь.
Наконец, её осенило:
— А где Блез?
— Она ушла, — поднял голову Люпин. — Отправилась к Пенси Паркинсон, потому что обещала вернуться поздно вечером или же, если не сумеет, отправить с утра сову.
Джинни охнула, внезапно испытав странное чувство брошенности.
— Но…
— Что? — спросил Люпин.
— Там дождь.
— Она взяла твой плащ. Жёлтый. Сказала, что ты не будешь против.
Что бы она ещё могла сказать, подумала Джинни, мельком подивившись тому, что слизеринка не потеряла присутствия духа. Ей было жаль, что та ушла. Было кое-что, о чём хотелось поговорить, расспросить…
— Лунатик, — Сириус задумчиво постучал пером по колену Люпина, — ты не взглянешь, не проходил ли Эйвери по делу Малкайбера? Помнится, несколько лет назад Малкайбер плохо кончил…
— Да, было дело, но Хмури сказал, что это были паршивые интриги Рентона, так что вряд ли это взаимосвязано. Хотя, думаю, не помешает проверить…
Джинни снова отвлеклась и задумчиво подошла к длинному столу, стоящему вдоль окна, которое выходило в сад. Обычно на нём красовался фарфор, но сейчас лежали только стопки книг и горы пергамента. Девушка пробежала пальцами вдоль золочёного корешка одного из томов: "История Пожирателей Смерти. Том 3". Мысли её были далеко-далеко.
Она думала о Блез, о том, как ей удалось найти единственно верные слова, чтобы убедить девушку остаться и рассказать всё Сириусу и Люпину, что казалось Джинни очень странным, потому что она прежде не знала Блез, даже не разговаривала.
Наверное, всё дело в том, что она похожа на Драко.
— Нет, в деле Малкайбера ничего нет, — негромкий голос Люпина прервал её размышления.
— Проверь теперь другие. Парпис была первой, Нотт… — слова превратились в остро заточенный нож. В следующий миг Джинни, отвернувшись от стола, уставилась на Сириуса и Люпина, которые, перебирая бумаги, не обратили на неё внимания. Девушка сунула руку в карман, лихорадочно выхватила записку от Драко и пробежала глазами список имён.
Джинни даже не смогла понять, чего ей сейчас больше хочется — плакать или смеяться. Она слышала собственное неровное дыхание, чувствовала, как пульсирует кровь в венах.
Том. Это ведь ты убил их, Том. Правда? Я должна была догадаться. Должна была понять, что это ты. Но почему ты убиваешь их, своих собственных Пожирателей Смерти?
У неё перехватило дыхание.
Потому что они не твои, — поняла она, мир вздрогнул и зашатался. — Они — его, ты не можешь пережить того, что приходится делиться своими игрушками, уж лучше их уничтожить…
Джинни подняла взгляд, совершенно уверенная, что Люпин и Сириус непременно заметили её потрясение, услышали, как гулким молотом колотится в её груди сердце. Но авроры ни на что не обращали внимания, погрузившись в исследования и разговоры. Ей показалось, что они где-то далеко-далеко, и она смотрит на них в омниокль.
Думай, — яростно приказала себе Джинни. — Никакой паники: думай. В этих бессмысленных убийствах есть смысл: Том никогда ничего не делает просто так, без причины. Если он убивает их в таком порядке, значит, тому есть объяснение.
Но ты не простил, — подумала Джинни. — Ведь ты не простил их, верно, Том? Ведь ты никогда никого не прощаешь.
С дико бьющимся сердцем она взяла со стола книгу и торопливо взглянула на оглавление. Нашла "Процессы" и начала листать, пока не дошла до первой главы.
Где-то здесь, где-то здесь был список имён —
Вот она.
