Он накрыл губы Изы своими. Ее ресницы дрогнули, великолепные карие глаза распахнулись навстречу ему. Он хотел ее снова. После тех раз, случившихся этой ночью.
Но…
Скатившись с постели, он схватил валявшиеся на полу брюки, белье и побрел к кухне. Кажется, он оставил рубашку именно там. Да, она валялась скомканная рядом с ботинками.
Марк кое-как оделся, стараясь не думать, при каких обстоятельствах с этой рубашки разлетелись пуговицы.
Нет.
Нельзя даже думать о том, что случилось. О том, каким блаженством оказалось снова сжимать Изу в объятиях. Он никогда не чувствовал ничего подобного с другой женщиной. Когда они были вместе, когда он любил и доверял ей, страсть походила на наркотический дурман. Он терял себя, погружаясь в нее день за днем, ночь за ночью. Был настолько безумен, что не мог и подумать о предательстве.
Но она предала.
И вот теперь они снова вместе.
Что же дальше?
Да, секс прошлой ночью был фантастический. Более чем фантастический! Захватывающий, обжигающий, волшебный. Марк наконец-то почувствовал себя сытым, довольным и отдохнувшим. Впервые за столь долгое время.
Но…
Происходящее очень не нравилось ему. Меньше суток назад они встретились снова и, пожалуйста, оказались в постели, а наутро он снова желал ее. Что будет дальше? Захочется все вернуть?
Невозможно.
Ведь Иза предала его шесть лет назад и в момент конфликта встала на сторону своего отца – человека, который обокрал его и чуть было не разрушил все, чего добился Марк.
Если она смогла так поступить на пике головокружительного романа, значит, сможет сделать это снова. И если это так, следует уйти прямо сейчас, прежде чем он снова станет жертвой ее лукавства.
Ее красоты.
Ее улыбки и запаха.
Ее острого язычка и еще более острого ума.
Ее самой, уютно ластившейся к нему с утра.
– Куда ты? – Ее голос был хриплым со сна, но глаза смотрели внимательно.
– Мне нужно в офис.
– Сегодня суббота.
– Я работаю и по субботам. Особенно теперь, когда веду занятия в институте.
Нестерпимо хотелось обнять ее и взять поцелуем припухшие после страстной ночи губы, но Марк разрывался между желанием и памятью о боли, которую ему причинила Иза. Ужасное ощущение.
– Ты никогда не работал по субботам.
Ее голос звучал ровно, и тем не менее в нем читалось обвинение. Обвинение в его адрес. Интересно, в чем он был виновен?
Он атаковал прежде, чем подумал, а нужно ли это?
– Ну, шесть лет назад я думал, что у меня есть компания, где можно расслабиться, взять выходной в любой день, и при этом все будет хорошо. Ты ведь помнишь, все хорошо не было.
Он даже не пытался сохранять самообладание. Да как она посмела обвинить его в том, что он сбегает? Она, предавшая его? Бросившая на шесть лет?
Она вздрогнула, но выстояла под его испепеляющим взглядом.
– Как долго ты собираешься попрекать меня этим?
Небольшой огонек гнева превратился в огромную вспышку.
– Я говорил это дважды за последние двадцать четыре часа. – Он заставлял свой голос не дрожать от ярости. – А до этого мы не общались шесть чертовых лет. Скажи, ты действительно считаешь, что я попрекаю тебя прошлыми грехами?
– Не знаю. – Она скрестила руки на груди, жест обиды и дискомфорта. – Чувствую, что да.
Она должна была предоставить ему паузу! Паузу, чтобы он перестал обороняться и обвинять. Но…
– Может, в тебе сейчас говорит твоя совесть? Какая-то часть тебя, которая чувствует, что заслуживает обвинений?
– Может быть. Но это не значит, что я не вижу, что происходит.
Она замолчала и сделала глубокий вдох, собираясь с духом.
Внезапно ему стало стыдно. Ведь он пришел не упрекать ее, не заставлять нервничать в собственном доме.
– И что же, Иза? Скажи, не держи в себе!
– Все в порядке.
Она облизнула губы – жест, безумно знакомый ему, как и ощущение ее кожи под пальцами.
– Тогда что означает прошлая ночь?
– Что ты имеешь в виду?
Неприятное чувство шевельнулось в его душе. Он не хотел искать обоснования событиям прошлой ночи, это неизбежно повлекло бы воспоминания о шести долгих годах без нее.
– Чего ты хотел? Отомстить? Сделать больно?
В прошлой ночи было много всего – похоть, растерянность, ревность, желание, но он мог честно признаться, чего там точно не было. Мести и желания обидеть. Когда он вышел поговорить на балконе, принял решение следовать за ней до дома, появился у ее двери – ничего подобного. Да, он не раз думал о мести. Может быть, даже должен был отомстить. Но не стал. Он просто думал о ней все это время…
Значит, она не чувствовала того же, а всего лишь хладнокровно анализировала его мотивы с момента их встречи? Мысль об этом больно ранила. Теперь он чувствовал себя дураком, и это очень разозлило. Она уже одурачила его однажды, и будь он проклят, если позволит ей сделать это снова.
– Не совсем. Наши отношения закончились так внезапно, что я всегда ощущал незавершенность.
– А теперь? – спросила она спокойно.
– А теперь все.
