– Не по нам они это, Фролка, – приставив к глазам ладонь, произнёс Чанов. – Казаков орудийщики стращают. Видишь, те, как осы, позади отходящих турок вьются и жалят.
– Командирам отделений осмотреться, доложиться по людям! – крикнул Тимофей, оглядывая взвод.
– Первое отделение, все целы, вашбродь! – откликнулся Чанов.
– Второе отделение, один раненый, драгун Сергеев! – долетело от Лихачёва. – Плечо ему просекло, ваше благородие, к коноводам отъехал.
– Третье отделение, одного не вижу, вашбродь, драгуна Носова, – донёсся доклад от Блохина. – Ребята, кто Носова видел, что с ним?
– Да вон же он, вон скачет! Живой! Заблудился, что ли, Егорка?! – послышались крики товарищей. – Сюда, сюда скачи! Быстрее сюда, дурень!
– Ваше благородие, драгун Носов! – сказал, осадив коня рядом с прапорщиком, самый молодой во взводе драгун. – Конь близкого выстрела испужался и вбок шарахнулся. Пока его выправил, вокруг все из других эскадронов уже стоят.
– Внимательней в следующий раз будь, – нахмурившись, произнёс Гончаров. – Первый бой сегодня?
– Так точно, ваше благородие, первый, – подтвердил тот, кивнув головой. – Виноват, более не повторится.
– Ладно, главное – сам цел, – проворчал Тимофей. – Старших товарищей держись, молодых по неопытности чаще всего срубают. Занимай место в строю!
– По-олк, отступление в две линии! Фланкёры прикрывают! – долетела издали команда.
– Фланкёры на месте! Всем перезарядиться! – гаркнул, выезжая перед шеренгами, подполковник Салов, а в воздухе в это время поплыл трубный сигнал. Эскадроны разобрались в две вытянутые линии и, развернувшись, порысили на север.
– Хорошо турок порубили, – оглядывая подножие холма, произнёс удовлетворённо Чанов. – Небось, сотни три здесь осталось лежать.
– Да ты чего, больше, Ваня! – забивая молоточком штуцерную пулю в ствол, не согласился с ним Блохин. – Мы ещё и с этой стороны хорошо их постреляли. А казаки чуть ли не до самых валов за ними гнались.
– Всё, назад они откатываются. – Очепов махнул рукой вдаль. – Видать, пушек забоялись, а те-то вон как яро палят.
Действительно, вдали громыхали орудийные выстрелы. Турки, встревоженные разгромом своей конницы, били из пушек, не жалея пороха и ядер. Большого урона от их стрельбы для казаков не было, но их старшие, не желая попусту рисковать, отводили свои сотни подальше от крепости.
– Фланкёры, слушай мою команду! – донёсся крик подполковника Салова. – Круго-ом! Отходим в одну линию. Горнист, сигнал отступной – «Аппель!». Отряд, аллюр рысью, за мной марш!
Сотня русских кавалеристов-застрельщиков спустилась с холмов перед крепостью Базарджик и порысила вслед за отходившими на север эскадронами.
Основные силы русских подошли к Базарджику уже под вечер двадцать первого мая. Граф Каменский 1-й решил лично провести рекогносцировку, дабы составить план предстоящего сражения. Лучшее место, чтобы обозреть все крепостные укрепления, было на только недавно отбитых у неприятеля холмах. На них уже полдня стояли казачьи пикеты, турки, помня преподанный им в полдень урок, не решались приблизиться, и их дозоры рыскали в отдалении.
– Всем сбор! – нёсся над полевым лагерем сигнал штабного трубача.
– Наша труба! – узнавали её по звуку драгуны. – Точно, вон какие коленца Панкрат выдаёт.
– Эскадрон, седлай коней! – долетела команда Копорского.
– Взвод, по коням! – рявкнул Тимофей, вскакивая с расстеленного на земле полога.
Сотни кавалеристов неслись к своим коням. Приказа рассёдлывать их не было, и оставалось только всё поправить и подтянуть ременную упряжь. Пять минут – и все уже были в сёдлах.
– Эскадрон, за мной, в походную колонну по двое! – долетел крик капитана.
– Взвод, в походную колонну по двое! – вытянув вверх руку, продублировал команду Тимофей и, увидев, что Марков уже повёл свой взвод вслед за остальными, пристроился к нему. Вытянувшись на полевую дорогу, полковой командир сменил аллюр, и полк порысил в сторону холмов. – Опять турок сшибать?! – волновались драгуны. – Неужто снова из крепости лезут?
Три сотни казаков Иловайского опередили полковую колонну и, рассыпавшись, «перескочили» через холмы.
– Развёртывание колонны! Строй в две шеренги! – неслись трубные сигналы по степи. – Фланкёры, вперёд!
– Третий эскадрон, во вторую шеренгу! – скомандовал, услышав трубу, Копорский. – Растянули строй! Гончаров, веди сам фланкёров!
– Есть! – Тимофей козырнул. – Взвод, за мной!
Выстроив вытянутую линию, полковые застрельщики скатились с холмов, а в это время на вершине самого высокого показалась конная группа.
– Генералы, генералы позади! – загомонили драгуны. – Вон с белым султаном на шляпе самый главный!
– Каменский, – обернувшись, подтвердил Лихачёв. – Я, когда на часах при штабе стоял, мушкетом ему салютовал, он ещё кивнул мне эдак милостиво. Точно вам говорю – Каменский это.
