В Москве насчитывается 1100 писателей, в том числе газетчиков (но не рабочих корреспондентов), а во всем Советском Союзе – 9500 писателей, и все они – члены профсоюза. На вопрос, есть ли писатели, которые не хотят входить в профсоюз, Новокшонов ответил, что, конечно, нет, поскольку благодаря членству в нем они многое получают, но ничего не теряют. Они выплачивают членские взносы в размере 2,5 % и получают все обычные льготы членов профсоюзов в Советской России: бесплатное лечение, отпуск в домах отдыха на юге страны, возможность общаться в профсоюзных клубах и т. д.
Затем мы обсудили возможность моего вступления во Всероссийский союз писателей, и я решил в него вступить.
Внизу в нескольких залах была развернута выставка русской литературы, в том числе экспонаты, посвященные Пушкину, Толстому, Достоевскому, революционным писателям, новым писателям и т. д. В России вы повсюду видите графики и диаграммы, дающие информацию во всех мыслимых формах, и здесь такие графики тоже были в изобилии: анализ книг о Толстом в цвете, книжное производство и т. п. Стоит отметить, что книг о писателях было опубликовано больше, чем книг самих этих писателей. Здесь также есть столовая, где писатели и драматурги могут очень дешево поесть (40 копеек на ужин для членов Союза). Выглядит столовая как очень веселое местечко, которое, несомненно, становится еще более оживленным и живописным, когда в нем собираются литераторы.
Я посетил БОКС и имел беседы с Каменевой, Коринцом, Тривасом и секретарем о моей программе в Москве и моей поездке по России.
В 5 часов вечера я пообедал с Маяковским, самым ярким русским писателем России, который принадлежит к группе Left[216]. Это молодой гигант, похожий на американского призового боксера. Брик, литературный критик, и его прелестная жена «Лилечка», Третьяков, автор пьесы «Рычи, Китай», поставленной в театре Мейерхольда, и его жена, Третьякова, тоже литератор[217]. Все они представляют собой центральное ядро группы Left и направляют ее политику. Присутствовал также очень дружелюбный бультерьер. Мы начали поедать множество блюд; черная икра в огромной миске, несколько видов рыбы, русские рулеты из мяса, водка, вино и легкие шутки, которые со временем становились все острее. Я наелся уже на первой перемене блюд, когда появился настоящий ужин: суп, гусь с яблоками и многие другие кушанья. Затем подали чернослив со взбитыми сливками – я добавил водку к сливкам и сделал таким образом замечательное изобретение, которое, как они сказали, после моего отъезда будет называться «Крем Драйзера». Маяковский подарил мне одну из своих книг стихов.
Потом они проводили нас до трамвая, где мы с ними расстались и поехали на запланированную встречу с Таировым, режиссером Камерного театра. Таиров кратко рассказал о политике своего театра, так же хорошо известного в Европе, как и в России.
При театре имеется театральная школа для актеров, весьма необычная, ибо
На мой вопрос, как он собирается ставить пьесу «Макбет», Таиров ответил, что он хотел бы оставить простор для фантазии актеров и сделать минимум декораций, отведя один уровень восприятия для ведущих актеров, а другой – для фантазии.
Важную роль в спектакле играет свет.
Камерный театр ставит в основном переводные пьесы.
– По каким принципам их выбирают?
1. Сценическая композиция, динамические возможности пьесы, новая архитектоника. 2. Современные проблемы и современный дух пьесы.
– Почему они ставят так много иностранных пьес?
