В этот момент дверь распахнулась и в кабинет вошли слуги с подносами. За несколько минут они сервировали стол и я отчетливо осознала, что сосредоточиться на разговоре будет сложно. Ибо мягкая булка, нежнейший сыр и ломтики копченого мяса… А еще ароматный травяной чай, печеный картофель и хрусткий овощной салат, и…
— Позволь поухаживать за тобой, — дракон ловко наполнил мою тарелку.
И я, внутренне изнывая от стыда, набросилась на еду.
— Все в порядке, Миттари предупредила, что ты будешь страшно голодна ближайшие сутки.
— Сутки?!
— При этом само чувство голода к тебе приходить будет с опозданием, — с сочувствием произнес Альдис.
Минут через десять на столе остались лишь пирожные, фруктовые корзиночки с нежным, не слишком сладким кремом.
— Целитель душ, — напомнила я. — Или сначала мне объяснить, почему это невозможно?
Дракон покачал головой:
— Я буду первым, если ты позволишь. У меня было не слишком много времени, но я нашел главное — целитель душ рождается в тот момент, когда менталист впервые обращает свой дар во зло. Твой дар — это ответ мироздания на злодеяния менталиста. Иногда такие, как ты сильны настолько, что золотой свет магии невозможно спрятать. Но это большая редкость, поэтому в основных трудах не упоминается.
Вилочка в моих руках подрагивала, но я, не говоря ни слова, продолжала слушать Альдиса.
— Жителям нашего пика становится легче от твоего шоколада. Именно твой шоколад, твой золотой свет спас моих детей. Именно из-за твоей уникальной силы мерзавец перестал тянуть из малышей магию.
Он говорил, а я вспоминала, что в прошлом и правда были моменты, когда моя магия будто снимала с людей какую-то пелену. Катрина и Дорис почти открыто говорили, что мой шоколад делает их жизнь светлее и ярче…
— Дирфинна, — проговорила я вдруг, поймав мысль за хвост. — Это ведь она атаковала нас с Хейддисом, верно?
— Верно, но к чему…
— Он воздействовал на людей через нее, — уверенно проговорила я. — Если твои слова о моей магии правдивы, конечно.
И я рассказала, как встретила на рынке Дорис, которой явно было плохо. И как мое освежающее заклятье слишком стремительно привело драконицу в чувство.
— Получается, если ты прав, то я спасла ее от порабощения, но… Мне не наложить освежающие чары на весь Пик! Или есть особые заклятья целителей душ?
«Ох, а на ком тренироваться?!».
— Есть ритуал для владыки Пика, который покажет количество порабощенных. А вся соль твоей силы в том, что тебе не нужны специальные заклятья. Твой зачарованный шоколад, освежающие чары — что угодно. Прикосновение твоей магии разбивает оковы воли менталиста.
От восхищения, сквозившего в словах дракона, мне стало трудно дышать. На мгновение показалось, что на плечах лежит многотонный камень, на котором зубилом выбито слово «Ответственность».
— А что, если мы ошибаемся и целитель душ не я? — тихо спросила я.
— Мы скоро сможем это проверить, — уверенно проговорил Альдис. — Этой ночью я не смогу провести ритуал, но следующей — обязательно. И после мы поймаем того, на кого укажет карта. А ты его либо исцелишь, либо нет. Так и убедимся, что я прав. Совпадений слишком много, Гарри.
— Я привыкла быть обычной.
На мгновение мне захотелось убежать. Скрыться. Но после…
Здесь мое сердце. Мой дом. Моя семья. Я не отступлюсь!
После нашего разговора Альдис занялся делами, а я… Мне страшно захотелось на крышу башни. Новости о моем возможном даре вроде как улеглись в голове, но…
«Целительница душ», я медленно брела по коридорам, «Но разве можно ранить душу?».
Встав на лестницу и прикрыв за собой решетку, я чуть покачнулась, когда ступени начали свое движение.
«Но, с другой стороны, когда кто-то чужой порабощает разум и заставляет идти против самого себя… Да наверное, именно в этот момент душа и рвется на части».
Подойдя к парапету, я положила ладони на нагретый солнцем мрамор. Безмятежное море, ясное небо, Одинокий Перст и редкие птицы, пролетающие высоко в небе.
Альдис просил меня никуда не уходить и я, разумеется, не собиралась идти поперек его слов. Но отдавая дань недавно появившейся привычке, потянулась своим даром к Одинокому Персту.
Тц. Глаз видит, но дар не тянет — слишком далеко, да еще и морская вода бликует, сбивает настрой.
Вздохнув, я села прямо на пол и подтянула колени к груди.
Тошно.
Хорошо, если Альдис прав. А если нет? Что мы будем делать с колдуном, который из самого верного друга может сделать марионетку-убийцу?!
«Ему даже сумасшедшая Дирфинна служила, а уж ее-то точно нелегко было поработить! Потому как в ее безумном разуме…», тут мне стало дурно. А что, если ее поведение — это вина менталиста?! Что, если она была его черновиком?
Вскинув голову, я с прищуром посмотрела в небо. Кто может вспомнить, когда на Пике появилась Дирфинна? Катрина и Дорис говорили о ней, как о чем-то незыблемом, как будто она была всегда. Но это вряд ли возможно…
Ха! Альдис запер ее драконий облик, а значит, должен помнить, когда именно она сошла с ума!
Сияющая птица привлекла мое внимание, и я встала, чтобы понять, что это не птица. Дракон? Или судя по крыльям, драконица!