На все вышеперечисленное у трибунала ушло не более двух недель. Однако вопросы перед властителями стояли более серьезные, нежели наказание преступников. Прежде всего, пришлось задуматься о судьбе учений сходных с тем, последствия которого сейчас расхлебывались. Споры по вопросу учений велись долго. В основном решали, какие идеи стоит относить к разряду опасных, вырабатывали общие для всех государств и рас принципы. В результате был создан общий кодекс, согласно которому и следовало поступать с распространителями опасных учений и их трудами.
Также требовало пересмотра множество соглашений и ограничений. Всем было ясно, что установившийся после исхода драконов порядок рухнул. Само присутствие в объединенной армии людей, гномов, эльфов и драконов говорило о том, что последние две расы планируют активно участвовать в событиях на Раэтоне. Когда же пришло известие о том, что дракон возглавил один из рыцарских орденов, а трое его соплеменников стали оруженосцами в этом же ордене, то всем стало ясно – возвращение остальных крылатых не за горами. Эльфы так же не горели желанием сохранять свою изоляцию в пределах Изумрудного леса. Для представления этой позиции верховный правитель даже прислал одного из своих министров. И именно по этим вопросам были самые ожесточенные споры.
Те правители, земли которых практически не пострадали от войск Владык, выступали за сохранение прежнего порядка. Но таковых было меньшинство. Да и подвластные им земли весьма малы. В основном люди высказывались за возвращение в города эльфов и драконов. Только одни предлагали наложить ограничения на разрешенную им деятельность, другие справедливо полагали, что ограничения эти не приведут ни к чему хорошему. Сал’Арвиэлю пришлось лично общаться с каждым из сторонников ограничений, убеждая в нелепости этих мер. В результате было решено признать все прежние соглашения недействительными и разрешить эльфам и драконам жить в тех местах, где им хочется, и заниматься той деятельностью, какой им хочется, кроме изначально запрещенных законом.
Эльфийский маг мысленно поздравил себя с победой. Не легко было отстоять интересы тех, кого общественное мнение заклеймило самыми страшными преступниками Раэтона. Оставалось лишь надеяться, что Владыки смогли вытеснить из памяти людей негативные воспоминания о драконах. Тем более что последние участники второй войны с крылатыми или доживали последние годы в подгорных домах под присмотром заботливых детей внуков и многочисленных правнуков. Или созерцали красоты Изумрудного леса, полностью отрешившись как от прошлого, так и от дня настоящего.
Обо всем этом Сал’Арвиэль спешил уведомить своего зятя. А заодно сообщить, что после окончания работы трибунала, прорабатывавшего последние мелкие детали, он планирует посетить Серебряную, где и останется до появления на свет своего правнука или правнучки.
Отложив письмо в сторону, Тар встал и потянулся. Неожиданно шум снаружи привлек внимание дракона. Он медленно подошел к окну. Впрочем, ничего особо удивительного там не было. Просто посреди двора стоял мужчина в ярких одеждах и, аккомпанируя себе игрой на каком-то музыкальном инструменте, каком именно – разглядеть не представлялось возможным, исполнял то ли балладу, то ли романс. Тар с удивлением оглядел двор, пытаясь понять, кому же предназначен сей внеплановый концерт. Неподалеку от входа в цитадель, на солнышке сидела Санни, наблюдая за стоящим спиной к ней певцом. Но вот взгляд дракона заметил Нишиэль, которая старательно не обращала на певца внимание.
Дракон так же медленно, потягиваясь на каждом шагу словно кошка, вернулся к столу. Наконец-то стало понятно, почему Зартриар зачастил в Серебряную, хотя раньше выступал перед рыцарями исключительно на турнирах, предварительно получив от организаторов мешочек золотых. А чтобы вот так появляться среди бела дня и тут же устраивать выступление перед всеми желающими, такого за изумрудным сородичем не водилось. А это означает лишь одно – очаровательная полуэльфийка всерьез зацепила легкомысленного дракона.
Под неожиданный концерт Артарион скоренько закончил изучать оставшиеся бумаги. Впрочем, ничего неожиданного в них не оказалось. По зимнему времени почти все рыцари были или в цитадели, или с семьями в деревне рядом с ней. От того и вопросы были по большей части хозяйственного плана и мало чем отличались от того, с чем дракон сталкивался в Маркане.
