- Стены шлюза выдержали, - настаивал Планкетт, - если бы не прихотливая игра случая, нас бы раздавило, как клопов.
- Шлюзовая камера была рассчитана на вчетверо большее давление, чем остальные конструкции станции, - заявил Питт тихим голосом, но с интонацией, не допускающей возражений. - Прихотливая игра случая, как вы это называете, дала нам время на то, чтобы уравнять давление в шлюзовой камере с наружным, открыть внешнюю дверь и выехать вперед на достаточное расстояние, чтобы можно было работать клешней и ковшом, прежде чем начался обвал. В противном случае мы оказались бы запертыми в ловушке на более длительный срок, чем мне хотелось бы думать.
- О, черт побери, - рассмеялся Планкетт. Его мало чем можно было обескуражить. - Какая разница, если уж нам удалось выбраться из этой могилы.
- Я прошу не произносить при мне слова "могила".
- Извините. - Планкетт сидел в кресле рядом и немножко сзади от Питта. Он внимательно осматривал кабину вездехода. - Чертовски неплохая машина. Какая у нее двигательная установка?
- Небольшой атомный реактор.
- Атомный? Правда? Вы, янки, никогда не перестанете изумлять меня. Готов биться об заклад, что мы сможем проехать на этом чудовище прямо по дну до пляжа Ваикики.
- Вы бы выиграли ваше пари, - ответил Питт с кривой улыбкой. - Реактор и системы жизнеобеспечения "Большого Джона" могут доставить нас туда. Вся загвоздка в прискорбно малой скорости пять километров в час. Мы подохнем с голоду за добрую неделю до того, как прибудем на место.
- Вы не захватили с собой завтрак? - шутливо спросил Планкетт.
- Даже ни одного яблока не взял.
Планкетт сухо посмотрел на Питта.
- Я бы даже согласился сдохнуть, лишь если бы мне не приходилось снова слушать эту треклятую песенку.
- Вам не нравится "Минни"? - спросил Питт с притворным удивлением.
- После того, как я услышал этот припев двадцать раз подряд, нет.
- Поскольку корпус телефонного переговорного устройства раздавило, наше единственное средство связи с поверхностью - это акустический радиопередатчик. Для переговоров его радиус действия совершенно недостаточен, но это все, что у нас есть. Я мог бы предложить вальсы Штрауса, или джазовые оркестры сороковых годов, но для наших целей они не годятся.
-Я не в восторге от вашей фонотеки, - прорычал Планкетт. - А чем плох Штраус? - спросил он, взглянув на Питта.
- Это инструментальная музыка, - ответил Питт. - Искаженные передачей через воду, звуки скрипки похожи на писки дельфинов или нескольких других морских млекопитающих. Минни - это вокальная музыка. Если кто-нибудь на поверхности слушает, что происходит вокруг, то они будут знать, что кто-то там внизу до сих пор жив. Как бы она ни была искажена, старую добрую человеческую речь ни с чем нельзя спутать.
- Со всеми вытекающими из этого преимуществами для нас - если только их вообще удастся извлечь, - сказал Планкетт. - Если будет организована спасательная операция, то нет никакого способа переместить нас из этого вездехода в глубоководный обитаемый аппарат иначе как через шлюзовую камеру. Никакого намека на такое устройство нет в вашем замечательном во всех остальных отношениях тракторе. Если вы позволите мне рассуждать реалистически, то я не могу усмотреть в ближайшем будущем ничего, кроме нашей неизбежной кончины.
- Я прошу не произносить при мне слова "кончина".
Планкетт запустил руку в карман своего объемистого свитера и вытащил фляжку.
- Здесь осталось лишь около четырех больших глотков, но это должно на какое-то время поддержать в нас бодрость духа.
Питт взял предложенную ему фляжку, и в этот момент приглушенный скрежет потряс огромный гусеничный вездеход. Ковш вгрызся в каменную массу и попытался оторвать ее от грунта. Вес этого обломка намного превосходил предельно допустимую безопасную нагрузку, машина скрежетала и стонала, пытаясь поднять обломок. Подобно олимпийскому чемпиону, из последних сил выжимающему штангу в попытке завоевать золотую медаль, ковш раскачивался под своей тяжелой ношей, поднятой над уровнем дна, и наконец сбросил ее во все растущий вал вынутой породы, тянущийся рядом с траншеей.
Наружные прожекторы не могли пронизать грязевые облака, и на экранах телемониторов внутри кабины управления можно было увидеть только непрерывно перемешивающиеся желтые и серые пятна. Но на экране компьютера вырисовывалось трехмерное изображение, построенное посредством сонара и показывающее, насколько продвинулась работа по откапыванию прохода в завале.
Полных пять часов прошло с тех пор, как Питт начал откапывать вездеход. Наконец он смог увидеть увеличенное изображение, показывающее узкий, но достаточно ровный коридор, полого поднимающийся к поверхности морского дна.
- Мы обдерем немного краски с крыльев, но я полагаю, что мы сможем здесь протиснуться, - уверенно заявил Питт.
Надежда озарила лицо Планкетта.
- Пихните эту крошку под зад, мистер Питт. Мне до чертиков надоело глазеть на эту липкую грязь.
Питт слегка склонил голову набок и подмигнул попутчику.
