И мы рассмеялись, чуть не разбудив Хелю. Удивительно, но заливистые рулады, издаваемые маленькой человечкой, ничуть не помешали заснуть и нам. То ли мы слишком устали, то ли храп Хели обладал волшебными свойствами.
Ещё один день в дороге прошёл куда спокойней первого. Кухарка привязала поводья своей лошадки к кибитке эльфиек, и все мы валялись среди мягких одеял и подушек под мерный перестук копыт. Со скуки Ляля попробовала раскинуть карты и погадать на Хелю, но тут же спрятала колоду, взирая на женщину со смесью ужаса и восхищения.
— Да что там выпало? — полюбопытствовала я.
— Ой, чего там только не было, в моей жизни, — усмехнулась Хеля, а Ляля торопливо кивнула.
И следующие пару часов самая старшая из моих спутниц рассказывала про детство в деревне, куда мы направляемся. Про сбор грибов в Волшебном лесу, где водятся странные звери и птицы. Потом рецепты заготовок, супов и жаркого из этих грибов…
Я проснулась от непривычной тишины. Рядом мирно дремали обе эльфийки. Да, рецепты добили нас.
— Ну, вот и приехали, — обернулась с облучка Хеля.
Окончательно продрав глаза, я выглянула из кибитки. За покосившимся заборчиком на невысоком холме красовался потемневший от времени деревянный дом. Вполне добротный и даже двухэтажный.
— Помогите мне ворота открыть, — скомандовала хозяйка хутора.
А как ещё назвать этот участок земли и дом, расположенные отдельно от деревни, до которой по моим прикидкам было не меньше километра.
Мы выползли из повозки, всё ещё позёвывая, и взялись за широкие створки ворот.
— Внутрь толкайте! — прикрикнула на нас Хеля, заметив безуспешные попытки тянуть на себя.
Нижние края ворот цеплялись за отросшую траву, пробившуюся сквозь зазоры меж камней.
— Ничего себе! — удивилась я. — Тут даже в деревнях дворы мостят? Богато живёте.
— Это только у меня, — довольно улыбнулась Хеля. — Не люблю грязи. Эх, давно дома не была, надо бы повыдергать сорняки.
Пока мы осматривались, женщина завела за ворота обе повозки и начала распрягать свою лошадку:
— Эй, ушастые, а вы чего свою скотинку не освобождаете? И надо бы коняшкам воды натаскать.
В дальнем углу двора виднелся колодец. Не «журавль», для которого потребовалось бы слишком много места, а более привычный мне. С воротом и крышей над ним. Я вспомнила, как мы с бабушкой и дедушкой иногда гостили на даче у их знакомых, где вместо привычного водопровода приходилось вращать деревянное брёвнышко, держась за изогнутую металлическую ручку. Оказалось, что руки всё помнят, и скоро я доставала ведро за ведром из деревянного сруба, на дне которого чернела вода. А эльфийки бегали от колодца к поилке, пока Хеля вытаскивала откуда-то охапки сена. Вопреки моим опасениям, сухая трава не потемнела и до сих пор издавала дивный аромат.
Да и всё в доме оказалось в полном порядке, даже пыли почти не было.
— Есть у меня пара секретов, — загадочно подмигнула мне Хеля.
До ужина, который томился в печи, мы успели перетряхнуть все перины на улице и взбить подушки. Наконец-то нас ждали нормальные кровати! Хотя эльфийки и порывались уйти ночевать в свою кибитку.
— Неужто вам даже не интересно? — удивилась Хеля. — В шатрах своих вы сколько раз спали? Да и в повозках. А в доме?
Смущённые девушки всё-таки решили остаться, любопытство пересилило привычку.
Утром я привычно проверила своих деток. Каждое яйцо почти достигло размеров трёхлитровой банки. И весило навскидку около трёх килограммов. В общем, в одну котомку их уже не запихаешь. Да и ходить с ними будет неудобно. Как хорошо, что мы наконец в спокойном месте и можно не таскать на себе такие тяжести.
— Собирайтесь! — разбила мои надежды Хеля. — Волшебный лес ждёт нас.
К счастью, эту пару километров до темнеющей вдали полосы леса мы проделали в повозке. Мне выдали мешок из-под какой-то крупы, куда запихнули яйца. Да и одежду выдали из древнего сундука. Теперь я красовалась в ярком льняном сарафане с вышивкой, под который пришлось надеть белую длинную хлопковую рубашку с пышными рукавами. Зеркало намекало, что явно не хватает кокошника, но у Хели кроме платочков других головных уборов не водилось. Мне выдали ярко-бирюзовый, в тон платью.
— Теперь осталось найти большой камень рядом с озером и можно писать картину «Алёнушка», — пробормотала я, ещё раз оглядев собственное отражение.
— А зачем тебе картина? — удивилась Хеля. — Ой, с ними столько мороки, пока со всех пыль сотрёшь, пока выравняешь… Не-е-е, картины — это блажь у богатеев. Ещё норовят широкие резные рамки с золотом купить. А в этих завитушках вся грязь и копится. Так что не советую.
— А если в простой тонкой рамочке? — проявила любопытство Рада.
— Ну, такая ещё куда ни шло, — подумав, разрешила Хеля. — А тебе на что? В шатре не повесишь, в кибитке тоже.
— Чисто теоретически, — ответила эльфийка и помогла запихать подросшие яйца в мешок.
Я попробовала приподнять, но без помощи Ляли и Рады не дотащила бы эту тяжесть до повозки. И вообще, чувствовала себя уже несколько дней не выспавшейся и усталой.
