- Захоронениями? - хмыкнул Джон и снова применил все тот же аргумент: - Ждали века и еще подождут. А будешь упираться, пойду к ярлу и он тебя заставит.
- Ладно, - скис Фаренгар и сдался. - Что там тебе непонятно?
- Все. И не спрашивай, откуда я такой взялся.
В первую очередь Джон спросил об Акатоше и узнал, что это одно из Восьмерых божеств Аэдра - раньше было Девять, но Талоса не так давно исключили из политических соображений. Неудивительно, ведь Аэдра как-никак божественные сущности, создавшие местный мир, а Талос - человек, пусть и непростой.
- Акатош, Великий Дракон Времени, - вещал Фаренгар, кивая на солнце в окошке. - Главное божество имперского культа. Подарил святой Алессии амулет с кровью из своего сердца, который потом хранили Драконорожденные императоры…
- Это и есть Акатош? - перебил его Джон, указав на солнце.
- Ну… до некоторой степени.
- А императоры действительно от крови драконов?
- Так говорят. И похоже, что так и было. Но их линия закончилась на Мартине во время Обливионского кризиса.
- А что такое…
- Обливион - это мир, где живут Даэдра и Даэдрические принцы. Они противоположны Аэдра и по большей части не шибко добрые. А кризис был, когда погасли драконьи огни и даэдра начали ломиться сюда, в Нирн.
Джон покивал, задумался, а потом раскрыл книгу на заложенной странице:
- Тут есть пророчество… Кто такой Пожиратель мира?
- Дракон Алдуин, первенец Акатоша. По легендам нордов он прошелся повсюду огненной бурей и разрушил прежний мир, чтобы возник этот.
- Вот как, - Джон притих и попытался переварить свои же немыслимые догадки. Когда он увидел пророчество впервые, ему казалось, что он читает о событиях своего мира, но никак не этого…
“Когда воцарится беспорядок в восьми частях света…” Что было, то было. То, что творилось в Семи Королевствах и за Стеной, порядком не назвал бы никто.
“Когда Медная Башня пойдет и Время переменится…” А вот это непонятно.
“Когда потерпят провал трижды благословенные и Красная Башня содрогнется…” Дейенерис, трижды благословленная детьми-драконами. И Красный Замок, превращенный последним из них в седьмое пекло.
“Когда Драконорожденный правитель утратит престол и Белая Башня падет…”
Эта строка вводила Джона в уныние, пожалуй, даже большее, чем предыдущие. Можно было бы решить, что речь в ней идет о смерти Безумного Короля и падении Винтерфелла, захваченного сперва Грейджоями, а потом Болтонами. Но Сноу знал - хотел бы сомневаться, но знал безоговорочно, - что здесь говорится о Лорде-Командующем от крови Таргариенов, и по сей день носившем на груди следы раскола между братьями. И, конечно, о Стене, рухнувшей под натиском мертвого дракона.
“Когда Снежная башня рассыплется, исчезнет король и вытечет жизнь…” Здесь объяснения и вовсе не требовалось. Сам Джон не видел, как был уничтожен Король Ночи, он был занят тем, чтобы отвлечь Визериона и дать Арье шанс проскользнуть в богорощу. Но он видел, как пало жуткое умертвие, в которое превратили некогда прекрасного дракона, как сыпались и гремели пустые кости, как вытекла колдовская жизнь из полчищ мертвецов, захлестнувших Винтерфелл.
И последняя строка, самая тревожная…
“Проснется Пожиратель Мира, и Колесо повернется, указав на последнего Драконорожденного.”
Колесо. Вечно какое-то Колесо.
Король Ночи изображал его буквально всюду - колесо человеческой жизни, которую он собирался навек остановить.
А Дейенерис хотела уничтожить то колесо, что катилось по жизням людей, что определяло их судьбу еще до рождения и лишало свободы. Она прошлась бы огненной бурей от края и до края и выжгла бы всю грязь и ложь - но нет, этого не случилось. Он убил ее, и Колесо повернулось снова, и теперь иная огненная буря пройдет по иному миру.
Да разве такое вообще возможно?
Последний Драконорожденный. Насколько Джону было известно, кроме него других Таргариенов не осталось.
Нет, все-таки этого не может быть. Он просто додумывает все так, как ему удобно. Вот и про Медную Башню непонятно…
- А тут у тебя что? - Фаренгар, устав ждать, пока Сноу отомрет, схватил вторую книгу, тоже выложенную на стол. - Ах да, учебник. И зачем тебе магия? У тебя дар-то хоть есть?
Он вырвался из размышлений и нехотя ответил:
- Ну… что-то есть.
- Покажи.
Джон беззвучно шепнул в сторонку: “Призрак…” и лютоволк тут же возник из пузыря, довольно щеря немалую пасть.
- О какой, - удивился маг. - С одним ухом, надо же. Какой у тебя интересный фамильяр.
Призрак косо глянул на придиру и сжевал свиток со стола просто из вредности.
- Еще и с характером, - подолжал дивиться Фаренгар. - Ладно, понятно. Учебник ты и сам можешь почитать, а если хочешь изучать магию как следует, то отправляйся в Колледж Винтерхолда. Я человек занятой и учить тебя не буду, даже если ярл прикажет. А можно собачку погладить?
- Конечно. Что за жизнь без риска, - усмехнулся Сноу, сгребая книги со стола. - Ах да, еще один вопрос. Что это за свиток?
И он вытянул из рюкзака свиток с надписью “Лечение”, найденный в кургане.
- А, это. Да просто свиток с заклинанием. Читаешь вслух, концентрируешься на цели, вот и все. Но он одноразовый, учти.
