Его убили на моих глазах. Из меня сделали чудовище, бесчувственное и жестокое. Заставили забыть всё… или почти всё.Я не помнила о нём. Но он выжил, и пришёл меня спасти. Моя скованная душа верит, что он не отступится. И ждёт.
— Ты не можешь этого видеть! — мальчишка нахмурился, поднявшись с корточек.
— Вижу! У тебе глаза серебряные! И волосы разноцветные! Почти как…
— Как — что?
— Ничего, — я прикусила язык, чтобы не сболтнуть лишнего.
— Продолжай! — мальчишка отбросил палку, которой до этого ковырялся в ямке, что источала неприятный чёрный дым.
Здесь, совсем близко к Тартру, это не было редкостью, даже наша деревушка так и называлась — Дым. Но другие дети старались обходить гиблые места, а этого мальчишку словно магнитом тянуло к ним.
Я уже несколько дней за ним наблюдала. С тех пор как они пришли сюда — парень лет пятнадцати и его… наверное, мама. Во всяком случае, на няньку Пиутьку, которая воспитывала меня последние годы, эта красивая женщина не походила.
Он не отводил взгляда, смотрел безотрывно. Вокруг словно искрило, преломлялось странное поле. И в серебристых глазах я видела отражение себя. Как в зеркале.
Себя настоящей. Такой, какую никому нельзя показывать.
— Как у тебя! — воскликнул он, догадавшись, о чём я так неосмотрительно едва не сболтнула. — Разноцветные, как у тебя!
— Вот ещё, — буркнула я. — Как у зеркального дракона!
Мальчишка замер на миг. Его глаза потемнели, волосы тоже — но там, внутри, я всё ещё видела серебристый блеск.
— Зеркальных драконов не бывает, — отозвался, отворачиваясь.
Я не могла понять, ощущаю ли в нём внутреннего зверя. И это было странно: к пятнадцати драконы уже оборачиваются. Даже раньше.
С другой стороны… Здесь, в такой близи от Тартра, обычные жители не селятся. Самое страшное место нашего мира, которое вытягивает магию, откуда никто не возвращается!
Рядом с ним селятся только те, кому есть, что скрывать.
Как мне.
Парень потянулся было снова за палкой, но ни она, ни дымовая ямка его больше не привлекали.
— А ты? — всё же не выдержав, обернулся. — Тоже дракон?
Он продолжал внимательно всматриваться, словно пытался что-то прочитать в моих глазах. Но близость Тартра мешала его магии — как, увы, и моей.
— Соломка! — прервал разговор резкий крик няньки. — Аста!
Вздрогнув, я оглянулась. Вот ведь, вспомнила о моём существовании!
Сегодня было довольно светло, и вдали, ниже по склону, удавалось разглядеть редкие, тут и там разбросанные дома.
— Мне пора.
— Соломка? — удивлённо приподнял тёмную бровь парень. — Это имя такое?
— Меня так мама называла, — буркнула я, сама не понимая, зачем ему это говорю.
— Аста! — раздалось чуть ближе и чуть злее.
Напрягшись, я отступила, с сожалением понимая, что нужно бежать. Пиутька никогда не была особо нежной со мной… но уж кого нашла мама, чтобы спрятать меня здесь. Не всякий-то согласится жить рядом с Тартром.
— Значит, Аста, — произнёс парень.
— Астейша, — отозвалась я.
В конце концов, я несколько дней за ним наблюдала именно для того, чтобы познакомиться.
— А я —… Ксар, — после некоторой заминки представился он. — Придёшь сюда ещё?
— Аста! — взвыло совсем рядом.
Кивнув поспешно, я бросилась на зов няньки, на бегу подтягивая узкие, ставшие уже маловатыми брюки.
Настроение сияло почище золотой монеты. Даже когда нянька отчитывала меня, брюзжала об осторожности и выпытывала, с кем я сегодня играла.
Детей тут жило мало, все друг друга знали, но мне почему-то не хотелось говорить о новеньком.
Пожав плечами, я проскочила мимо неё в дом. Закрылась в своей маленькой комнатушке и лежала, раздумывала о нём. Вспоминала правильные черты лица, которые едва искажались полем — но я всё равно их ясно видела. И это осознание прокрадывалось приятным теплом в душу.
Серебристые, такие необычные глаза. У меня совсем другие, фиолетовые, достались мне от отца… Впрочем, их цвет я тоже по возможности скрываю.
Но он, похоже, тоже увидел меня настоящую?
Как странно, как волнующе… и как страшно. Не должны меня видеть. Никто.
И всё же осторожность не остановила меня — при первом же удобном случае я снова прошмыгнула туда, где видела его вот уже несколько дней.
Ксар был там. Снова присел над одной из чадящих ямок, на этот раз нацепив на глаза странные очки с кристаллами.
— Что ты надеешься там разглядеть? — хмыкнула я.
Он поднял голову — совсем не вздрогнул, будто знал о моём приближении.
— Привет, Соломка, — усмехнулся.
Я поморщилась: не любила, когда меня так называли… особенно няня. Это имя напоминало о маме и приносило привкус надежды, что совсем скоро она приедет… заберёт меня отсюда. Домой.
Но от него, от Ксара, это детское прозвище прозвучало так мягко, почти по-домашнему.
Кажется, я готова была позволить ему так себя называть.
— Это норы в Тартр, да? — отозвался он, так как я всё ещё смотрела на него выжидательно.
Я присела рядом. Никогда не задумывалась…
Он скинул «очки» и протянул мне. Заинтригованная, я нацепила их на нос, обмотав специальной лентой вокруг головы. Ксар кивнул, поощряя. И я склонилась над дыркой.
Неприятный чад ударил в ноздри. Магию тут же словно потащило что-то, и я привычно выставила щит. Прикрыла её от воздействия Тартра.
Удивительно, но сквозь эти кристаллы дым казался не тёмным, а будто состоял из множества разноцветных точек.
