– Я здесь, – произнес голос Брайена.
Джим вздрогнул. Брайен уже тверже держался в седле. На его лицо под поднятым забралом еще не вернулся обычный здоровый румянец, однако прежняя неестественная бледность пропала. За Брайеном с немного смущенным видом ехали Жиль и Кристофер.
– Простите меня, сэр Джеймс! – сказал сэр Жиль, поравнявшись с Брайеном. Это моя вина. Но он поклялся, что поднимет на нас меч, если мы не позволим ему вернуться. Я не мог сражаться с ним, и Кристофер тоже, поэтому нам оставалось лишь просто ехать за ним. Он очень хотел быть здесь, и ничто не могло ему помешать.
– Да уж, – прогремел Геррак. – Пеняй на себя, Жиль!
– Не вините его, – проговорил Брайен, не глядя на могучего рыцаря. – В самом деле никакая сила не удержала бы меня. Мое место здесь. До сей минуты я не знал, в чем состоит мой долг, но теперь вижу: остался в живых один из полых людей; он находится под защитой червя. Я один сражался с червем и знаю, как его победить. Я должен сразиться и с этим гадом.
– Нет, – возразил Джим, внезапно ощутив странную спокойную решимость. – Ты не можешь сражаться, в твоем теперешнем состоянии тебе его не победить.
Сражаться должен я, а ты будешь наставлять меня, ведь ты всегда был моим наставником в боевом искусстве. Это работа для нас обоих.
– Упаси нас Господь! – воскликнул Геррак. – Я не могу даже заставить себя приблизиться к этой твари, и никто не может, кроме вас! Тут не только червь, тут… ещe кое-что похуже!
Он был прав. Несмотря на чудовищный облик червя, впреди него двигалось нечто еще худшее. Оно, словно пронизывающий до костей ледяной ветер, проникало в души людей, выискивая в них все зло, которое они когда-либо совершили или помыслили. Люди отступали перед этой силой, и она постепенно оттесняла их к опушке леса.
– Ты не сможешь сражаться с ним, – сказал Брайен, не отводя глаз от червя и обнажая меч. – Ты не способен. Ты сам знаешь, что неспособен!
– Теперь способен! – возразил Джим. – Брайен, вложи меч в ножны!
– Послушайте! – проговорил Дэффид, находившийся по другую сторону от Джима. Он снял с плеча свой лук и почти нежно водил пальцами по гладкому древку стрелы. – Если тогда, у Презренной Башни, Каролинус и Брайен говорили правду о толстой шкуре червя, мои стрелы не причинят ему вреда; но возможно, мне удастся справиться с оседлавшим его последним полым человеком.
Продолжая говорить, он выхватил из колчана стрелу, приладил ее к луку и до упора оттянул тетиву. Замер на миг и спустил тетиву. Стрела полетела к гаду и уже почти достигла его седока, когда червь молниеносно выбросил вперед переднюю часть тела и поймал летящую стрелу пастью. В одну секунду чудовище разжевало стрелу своими бесчисленными мелкими зубами на мелкие кусочки и проглотило.
Восседавший на черве Эшан затрясся от хохота.
– Стреляй сколько угодно, лучник! – крикнул; он. – Ни одна стрела не коснется меня, пока я катаюсь на этой лошадке.
А червь продолжал надвигаться.
Джим взглянул на Брайена:
– Видишь, он все ближе и ближе. Посмотри правде в глаза. Ты не можешь сражаться с ним, а я должен. Скажи мне как.
– Да поможет мне Бог! – проговорил Брайен – его лицо исказила гримаса досады – и вложил меч обратно в ножны. – Я не многое могу сказать тебе, Джим, только то, что слышал от Каролинуса. Постарайся сначала отсечь глазные стебельки, а потом просто руби изо всех сил толстую твердую шкуру – она у него как дубленая, можно даже меч сломать, а все жизненно важные органы глубоко под ней. – Брайен тяжело вздохнул. – Да что тут говорить, – немного спокойнее продолжал он. – Может быть… кто знает, может быть, тебе, Джеймс, это удастся не хуже, а то и лучше, чем мне тогда. У тебя нет сноровки в обращении с мечом, прости, я хотел сказать, у тебя недостаточная сноровка. Но тут как раз в ней нужды и нет. Нужна только сила. Только сначала отсеки глазные стебельки, чтобы он ослеп, а потом руби где-нибудь в одном месте, но не в той части, которая сейчас поднялась и сожрала стрелу Дэффида.
– Может быть, я, по крайней мере, помогу с этими глазными стебельками! Дэффид столь же стремительно выпустил в червя еще две стрелы.
Передняя часть туловища монстра мигом встала на дыбы, и обе стрелы исчезли в зубастой пасти.
– Обойди переднюю часть и постарайся отсечь ему глаза; так делал я сам, сказал Брайен Джиму. – Глаза могут поворачиваться и следить за тобой. Но похоже, сзади они видят хуже; во всяком случае, мне удалось до них дотянуться.
И еще – начать лучше с этого, потому что тогда эта тварь не будет точно знать, в каком месте ты наносишь удары, и начнет без толку крутиться на месте.
– Если ты отвлечешь червя, я, возможно, сумею подстрелить полого человека, – добавил Дэффид.
– Не думаю, – произнес еще один голос, неожиданный, но знакомый Джиму, Дэффиду и Брайену.
Обернувшись, они увидели Каролинуса. Белая борода и усы старого мага трепетали на холодном ветру, отнимавшем силы у оказавшихся на открытом месте людей. Каролинус был в своем обычном линялом красном одеянии, которое скрывало его тело от плеч до лодыжек. Он казался слабым и старым.
