Встав на ноги, я перво-наперво попробовала снять с себя браслеты. Не получилось. Добротная сталь с кроваво-красным камнем посередине, который полыхал, как маленький огонёк, не поддавались. И нужно отдать должное местным кузнецам, решётки на окнах также были сделаны на славу. После долгих мытарств, которые ни к чему не привели, я глубоко вздохнула и села на соломенный матрас.
От страха стало казаться, будто стены комнаты давят на меня, не давая свободно дышать. Время словно остановилось. Отчаянье понемногу порабощало мой разум. Я не двигалась, больше ни с кем не говорила, почти не дышала. Время от времени, когда я закрывала глаза, видела перед собой янтарный взгляд и чётко очерненные скулы Эйстейна Фроста. Даже сейчас он не выходил у меня из головы… Как какое-то наваждение. Всё же не нужно было сбегать. Сказать правду — пожалуй, это был единственный выход. А может, я не его истинная? Неправильно поняла слова из книги. Нафантазировала себе невесть что…
За этими мыслями я всё же уснула. Сон овладел мной и не отпускал, пока с нижнего этажа не раздалось гудение, смех и музыка.
Через маленькое решётчатое окошко я увидела, как на небе взошла луна. Мрачная, мертвенно-бледная, совсем, как мои мысли сейчас. Внизу, похоже, уже вовсю развлекался народ. И я с содроганием ждала своей участи. Чем больше времени проходило, тем больше на меня накатывала паника. Но я старалась сдерживать свои чувства, чтобы окончательно не расклеиться. В любой, даже в казалось бы безвыходной ситуации, нужно мыслить здраво и трезво.
Когда на втором этаже послышались торопливые шаги и скрип ключа в замочной скважине, я тут же встала и, прихватив табурет, который стоял возле окна, метнулась к двери.
— Просыпайся, — протараторила та самая бабка, которая опоила меня чаем, — пора за работу.
Ага, как же! Разбежалась, волосы назад.
Когда дверь открылась, и старушенция, которая, между прочим, была одета в шикарное бордовое платье, вошла в комнату, я со всей дури ударила её по спине табуреткой. Что-то определённо хрустнуло. Но я не поняла что. То ли эта была бабкина спина, то ли стул. Выяснить не решилась. Времени было не так много, так что я мигом выбежала из комнаты.
— Держи её! — послышалось сзади. — Держи её, увалень!
И в эту самую минуту меня перехватил один из тех плоскомордых амбалов, которых я видела на кухне днём.
— Ох, — бабка кряхтя и сыпя отборными ругательствами, всё-таки выползла в коридор, — отведи её в мою комнату… — в очередной раз простонала она, — ох-х-х… да глаз с неё не спускай… ох-х-х.
— Как вы смеете? Помог… — договорить мне не дали, на губы легла тяжёлая мозолистая рука мужика, и меня потащили вглубь дома.
Когда мы вошли в комнату хозяйки, в глаза ударил яркий свет. Да уж, такой шикарно обставленной комнаты я нигде не видела. Как у нас говорят — дорого-богато и совершенно безвкусно. Мебель из дорогих пород дерева, всюду золото, серебро, занавески из розовой парчи, на потолке огромная хрустальная люстра. На стенах аляпистые картины, будто кого-то на них стошнило.
— Что же это делается? — дверь за нами закрыла злобная старушка. — Я помогаю, а меня стулом по спине? Нехорошо, детка. И как только умудрилась? Видимо, чай некрепкий заварила, но это легко исправить, — говорила бабка, наверное, больше сама с собой.
Я пыталась что-то сказать, но мужская ладонь так крепко сжимала мой рот, что из него вырывался лишь жалобный писк.
— Не ерепенься, — проворчала женщина, смешивая за столом какие-то травы. — Тобой заинтересовался один гость. Стоило сказать, что ты огневичка, так он тут же отсыпал столько золота — за раз не унести. Так что… — бабка развернулась, и в её руке блеснула фарфоровая чашка. Знакомый мятный аромат защекотал нос. — Другого выхода у тебя нет.
— Ну-ка, — проговорила она, подойдя ближе — открой свой милый ротик.
Бугай, наконец, отнял от меня ладонь.
— Да вы хоть знаете кто я? — в ту же секунду прокричала я.
— Ну, и кто же? — усмехнулась старуха.
— Я истинная дракона! И он уже летит сюда! — слова сами вырвались из-за рта. Они даже для меня были неожиданными...
Бабка замерла, в глазах её полыхнул страх, но всего на секунду.
— Чего-чего? — рассмеялась она. — Истинная? Да что ты мне сказки рассказываешь? Драконы давным-давно избавились от этой привязанности! Так что давай, не придумывай, пей!
— Нет! — я закрыла глаза и представила декана. Как он стоит рядом, как улыбается… Я сама не поняла, что произошло в этот момент. Сердце ёкнуло и мне показалось, что Эйстейн Фрост действительно где-то рядом.
“Пожалуйста, помоги! Я здесь” — про себя взмолилась я, и сразу после этого на крыше послышался жуткий треск и скрежет. Будто кому-то переломили хребет…
— Это что ещё такое? — бабка подняла глаза к потолку. Хрустальная люстра раскачивалась из стороны в сторону, окна дребезжали, свечи в канделябре моргали, некоторые из них и вовсе потухли. На первом этаже можно было услышать крики.
— Стой здесь, — проговорила бабка, — и не отпускай девчонку. Я схожу, проверю.