— А, понятно, тебе требуется совершить кое-что с помощью твоей коротышечной магии, — сказал Рррнлф. — Пожалуйста, делай что тебе надо. Не торопись. У меня в запасе все время мира. Столетия. Тысячелетия, если понадобится.
— Так много времени это не займет, — коротко ответил Джим.
Джим знал, что Рррнлф настроен к ним благожелательно, просто он не может не вызывать раздражения. Он заметил, что испытывает такие же чувства, какие, должно быть, испытывали Жиль и Брайен, когда морской дьявол их приветствовал.
Они быстро спускались по прибрежному уклону сквозь полупрозрачную голубоватую тьму… Или это был полупрозрачный голубоватый свет? Теперь они находились очень далеко от поверхности океана, и света становилось все меньше и меньше, пока наконец он не уступил место этому странному голубоватому свечению, довольно тусклому, но, казалось, вполне достаточному.
Они продвигались, по представлениям Джима, с ужасной скоростью. Он мог судить об этом по ощущению в желудке, подобному тому, которое испытываешь в быстро опускающемся лифте, и мелькающим время от времени перед глазами картинкам морской жизни. Они вынуждены были двигаться с такой скоростью, чтобы не отстать от Рррнлфа.
Как морской дьявол умудрялся развивать такую скорость, оставалось загадкой, потому что с виду не заметно было, чтобы он шевелил ногами или руками. Казалось, он обладал мощной способностью левитации; Джим почему-то был уверен, что они продвигаются со скоростью авиалайнера из его родного мира.
Казалось невозможным, чтобы Рррнлф, так сказать, двигался без движения. Но и воздушный пузырь передвигался с огромной скоростью в такой плотной среде, как вода, которая должна была бы оказывать столь же сильное сопротивление, как цемент. Ответ на это содержался в одном из заклинаний Джима. Создавая пузырь, он из предосторожности сделал его неподвластным воздействию любого давления.
Но ситуация сложилась жуткая и неуютная. Джим сидел на скамье на приподнятом полу, который он создал внутри пузыря вместе со скамьями. Рррнлф находился вне пузыря, справа от него, а Жиль и Брайен сидели на других скамьях лицом к Джиму.
Два других рыцаря чувствовали себя так же неуютно, как Джим. Их нынешнее положение было несомненно неестественным и пугающим.
Джим постарался взять себя в руки. Необходимо любой ценой поддерживать дух своих спутников, думал он, потому что, хотя в обычных условиях эти люди ничего не боялись, безумная, волшебная ситуация могла пошатнуть даже их храбрость.
Джим выдавил из себя предназначенную для них улыбку:
— Ну вот мы и в пути!
Никто из его спутников ничего не ответил. Было и так понятно, что они уже в пути. Джим попробовал снова.
— Интересно, правда? — Он продолжал уверенно улыбаться. — Но мы уже уйму раз бывали в странных ситуациях, не так ли? Помните, как колдовство заманило нас в Царство мертвых, когда мы пытались улизнуть из замка Мальвина?
— Помню, — сказал Брайен, — но тогда магия отправила нас туда. А теперь мы в самом центре магии, и она продолжает действовать. Этот свет — от нечистой силы.
— На самом деле, я думаю, свет вполне естественный. Правда, я знаю это, — сказал Джим, подумав. — Помню, я читал о человеке, который спускался глубоко в океан в металлическом шаре, в этом шаре было окошко. Тот человек видел такой же свет, когда спустился очень глубоко. Так что этот свет вовсе не от нечистой силы. Просто так уж устроен океан.
— Не стану с тобой спорить, Джеймс, — сказал Жиль, — но, должен признаться, мне ужасно хочется превратиться в тюленя и вырваться на поверхность. Что бы это ни было, находиться на такой глубине небезопасно.
— Это так, но именно здесь надо искать головоногого, — сказал Джим.
— На мелководье, — прогудел густой бас снаружи.
Рррнлф имел привычку вмешиваться в разговор в любой момент, когда хотел что-то сказать, и, так как его голос по силе и тону запросто перекрывал голоса людей, остановить его было невозможно.
— Почему ты называешь Гранфера… как это там… головоногим, крошка маг?
— Потому что люди на земле так называют таких, как Гранфер.
Рррнлф мог совершенно спокойно разговаривать с ними, находясь снаружи, и, похоже, он достаточно хорошо слышал то, что ему отвечали, поэтому Джим не повысил голос, хотя гудящий голос морского дьявола вызывал желание кричать в ответ, назло самому себе. Но Джим понимал, что, сделав это, он выдаст морскому дьяволу его преимущество, а у Рррнлфа его и так достаточно.
— А где Гранфер? — спросил Джим. — Разве мы к нему не приближаемся?
— Уже недалеко, — ответил Рррнлф. — Мы приближаемся. Он любит одну из мелководных банок, где пасется косяк трески. Он обожает треску, этот Гранфер.
Пузырь внезапно начал подниматься. Скорость движения замедлилась, приближаясь к нормальной. Как только это произошло, соратники стали замечать рыб и другие проявления морской жизни. Но даже при замедленном движении эти картинки появлялись всего на долю секунды, словно в калейдоскопе.
Подъем и замедление продолжались.
— Мы уже приближаемся к отмели, где обитает Гранфер? — спросил Джим Рррнлфа через оболочку пузыря.
